Книга Тьма египетская, страница 157 – Лана Ланитова

Золотыми лучами на гобеленах сверкало огромное солнце, а ниже шли изображения вычурных, нежно розовых бутонов, растущих в облаках густой изумрудной зелени. И эти, вышитые на холсте розы, казались совершенно живыми. Но ниже этих изображений цвели настоящие розы, источающих тонкий аромат. И розы эти украшали резные эбеновые вазоны. Рядом с вазонами, на высоких подставках стояли тонкие статуэтки из слоновой кости и ажурного камня. Сам великий Бернини подарил нашему демону несколько своих миниатюр, выполненных из каррарского мрамора. Только великому мастеру Бернини было под силу, делать тонкие вуали из камня и плести из мрамора филигранные кружева.

Посредине комнаты находилось огромное Венецианское зеркало, отсвечивающее золотистой амальгамой, одетое в мощную витую оправу. Рядом с зеркалом располагались два помпезных светильника, источающие белый свет непонятной природы. Он был не свечной, и не газовый. Он горел так, будто внутри каждого светильника находился осколок луны с ночного небосвода. Светильники эти были исполнены в виде пышных белоснежных пионов, чьи тончайшие опаловые лепестки было трудно отличить от настоящих. Даже капли росы на лепестках, сделанные из алмазов, поражали своей свежестью. Казалось, что от них струится тонкий цветочный аромат. Несколько живых махаонов сидели на искусных стеблях и лепестках этих ламп.

Прямо под зеркалом располагался широкий туалетный столик, инкрустированный драгоценными камнями. На котором стояло множество флаконов с духами и ароматными маслами. Здесь были самые лучшие ароматы, собранные со всей планеты. Помимо всем известных Парижских парфюмов – таких как Guerlain, Houbigant, Lubin и Farina^[37], – здесь были композиции, составленные и самим Виктором, а так же ароматы из Древнего Китая, Рима, Флоренции, Египта, Индии и Византии.

Одетый в роскошный фрак модного покроя, с зачесанными назад чуть рыжеватыми кудрями, Виктор восседал в кресле и пристально разглядывал коллекцию черных фуляров и бабочек. Он не столько выбирал этот модный аксессуар, сколько предавался собственным мыслям. В дверь будуара тихо постучали.

— Войди, старый плут, – отозвался Виктор.

Дверь отворилась, и в комнату влетел порозовевший от волнения Овидий. Маленькие, чуть раскосые глаза карлика оживленно блестели.

— Что тебя так взволновало? – бесстрастно спросил его демон.

— Месье, эта женщина просто чудо! – прошептал он в запале.

— Какая женщина? – бровь демона лукаво приподнялась.

— Ну, как же! – возмущенно произнес карлик, всеми жестами показывая в сторону огромного зала. – Она же!

— Ну, во-первых, ты успокойся, а потом говори толком, какую из женщин ты имел в виду? У меня же их целый полк в моем славном царстве-государстве.

От неожиданности Овидий плюхнулся на одно из свободных кресел и уставился на демона.

— Как же, патрон. Такая у вас только одна…

— Да, кто ж такая-то? Говори толком. Я прямо заинтригован.

— Как кто? Глафира Сергеевна. Глашенька…

— Ах, Глафира Сергеевна, – усмехнулся демон. – Так что там она? Как?

— Она ходит по белому залу и ждет вас.

— Вот как? Ну, пусть еще немного подождет. Вы дали ей стул?

— Нет. А надо было?

— Конечно.

— Я сейчас, – Овидий привстал, готовый сорваться и бежать на помощь Глафире.

— Обожди. Успеешь.