Книга После развода. Ты вернешься, но я не прощу, страница 87 – Элли Лартер

Мы с Матвеем, взявшись за руки, переступаем порог врачебного кабинета.

— Здравствуйте, Дарья Владимировна, — улыбается мне мой эндокринолог.

— Здравствуйте, Руслан Альбертович, — отзываюсь я, чувствуя, как дрожит голос.

— Добрый день, — кивает ему Матвей.

— Вы, я смотрю, с поддержкой... — говорит врач. — Правильно, это правильно...

Что значит — это правильно?!

То есть, мне и правда потребуется поддержка?!

Значит, все очень плохо?!

У меня рак?!

Я умру?!

Руслан Альбертович, видимо, замечает, как я мгновенно бледнею, и быстро делает шаг мне навстречу, берет за трясущиеся ладони:

— Дарья Владимировна, я не имел ввиду ничего плохого! Просто поддержка — это очень хорошо! Меня радует, когда пациенты приходят с мужьями и женами, с родителями, с выросшими детьми! Значит, они дороги и важны кому-то! Разве это не замечательно?!

— Замечательно, конечно, — киваю я. — Но...

— Но волноваться не о чем, — говорит он, прерывая мои страшные мысли. — У вас нет рака, Дарья Владимировна. Опухоль не злокачественная. И судя по биопсии, нет никаких предпосылок к ее озлокачествлению. Все хорошо.

— Боже, — я с облегчением выдыхаю, чувствуя, как огромный груз сразу сваливается с плеч.

Следующие несколько мгновений — как во сне.

Я обнимаю Матвея, а потом и Руслана Альбертовича.

Мужчины о чем-то переговариваются, смеются... я даже не различаю слов.

Когда наконец прихожу в себя, понимаю, что уже сижу напротив врача, и он проводит осмотр, прощупывает мою шею.

— Будем делать УЗИ каждые полгода, чтобы наблюдать динамику образования, — говорит Руслан Альбертович. — Не хочу вас пугать, но важно понимать: всегда есть вероятность, что опухоль придется рано или поздно удалить... если она будет расти, то начнет мешать соседним тканям и органам.

— Понимаю, — киваю я.

— Но волноваться не о чем. Потому что, во-первых, она маленькая, и прямо сейчас мы начнем гасить ее препаратами, вероятнее всего, она останется в нынешнем состоянии на долгие-долгие годы. А во-вторых, даже если придется делать операцию, она будет небольшой, непродолжительной, с быстрым и легким восстановлением.

— Ясно, спасибо.

— Сейчас самое важное — это успокоиться, расслабиться, сосредоточиться на здоровом образе жизни и психологическом комфорте...

— Не так-то это просто будет, — хмыкаю я.

— Почему же?!

— Я в процессе развода.

Руслан Альбертович бросает удивленный взгляд на Матвея, и я с улыбкой уточняю:

— Не с ним.

— С ним, возможно, она наоборот поженится, — шутливо говорит Матвей.

В этот момент удивленный взгляд на него бросаю уже я.

Ну а Руслан Альбертович усмехается в длинные усы:

— Все с вами ясно... Ну, Дарья Владимировна, придется постараться. Гоните вашего бывшего мужа, ваш источник стресса, куда подальше.

— Будет сделано, док, — улыбаюсь я.

— Я прослежу, — добавляет Матвей.

Когда несколько минут спустя мы с Матвеем, попрощавшись с доктором, выходим из кабинета, я спрашиваю:

— Что это было?!

— Что именно?! — уточняет он, хоть и прекрасно понимает, о чем я.

— Про «поженимся».

— Ну... а почему нет?!

— Ты мне сейчас что, предложение делаешь?! — офигеваю я. — Мы знакомы... сколько?! Месяц?!

— Да, и что?! — удивляется Матвей. — Мне хорошо с тобой, а тебе — и даже не спорь! — хорошо со мной.

— Но мы даже не знаем, получится ли у тебя открыть в Сочи успешный бизнес...