Книга Не Твоя Ставка, Мажор!, страница 88 – Мира Лаверн

Я перечитала.

— Он хочет публично уничтожить Тимура, — сказала Женя.

— И сделать меня лгуньей.

— Ты могла сказать, что чувства были ошибкой.

— Но не что их не было.

Следующее сообщение Дениса:

Ты уже отказала ему. Осталось сделать это так, чтобы понял весь университет.

Я написала:

Почему я должна обвинить его в организации канала?

Не канала. Ставки. Без Тимура ничего бы не случилось.

Это не одно и то же.

Для аудитории — одно.

Он очень хорошо понимал аудиторию.

Слишком хорошо.

— Нам нужно заставить его сказать больше, — произнесла я.

Женя уже открывала программу записи экрана.

— Только осторожно. Если поймёт, исчезнет.

Я написала:

Покажи часть архива.

Сначала согласие.

Я не поверю на слово человеку, который скрывается за пустым аккаунтом.

Ответ:

Ты знаешь, кто я.

Подозреваю.

Через несколько секунд аватарка изменилась.

Появилась фотография Дениса.

Неофициальная. Он сидел в раздевалке в командной футболке и улыбался.

Теперь знаешь.

— Самоуверенный идиот, — прошептала Женя.

— Он считает, что контролирует всё.

Я написала:

Допустим, я согласна. Как получу архив?

После выступления.

Нет. Половина до. Остальное после.

Денис отправил смеющийся значок.

Начинаешь торговаться как Орлов.

Я не выйду на сцену ради обещания.

Хорошо. До бала получишь доказательства давления отца и список людей, которые продавали материалы. Полный архив — после.

— Этого недостаточно, — сказала Женя.

— Нам нужно продолжать.

Я написала:

И доказательство, что ты действительно имеешь доступ к каналу.

Денис долго молчал.

Потом:

Что считаешь доказательством?

Неопубликованный материал. Или данные администратора.

Хочешь пароль?

Хочу понимать, что ты не блефуешь.

Он снова исчез на несколько минут.

В это время в канал вышла новая публикация.

Фотография капитанской повязки на столе.

Подпись:

КОМАНДА ВЫБЕРЕТ НОВОГО КАПИТАНА ЗАВТРА.

Этой информации ещё не было в официальном аккаунте.

— Это он, — сказала Женя.

— Или администратор публикует по его просьбе.

— Нам нужно признание.

Я вернулась в переписку.

Эту публикацию сделал ты?

Возможно.

Тогда удали.

Зачем?

Чтобы доказать управление.

Через десять секунд пост исчез.

Мы с Женей переглянулись.

— Уже достаточно для связи, — сказала она.

— Но не для полного доказательства.

Я написала:

Мог попросить администратора.

Ответ:

Морозова, ты сложнее, чем казалась.

Тимур говорил то же самое.

Я специально упомянула его.

Денис отреагировал сразу:

Тимур много чего говорит, когда понимает, что проиграл.

Он передал вашу переписку комиссии.

Пусть. Там нет канала.

Вот оно.

Он отделил переписку от канала так уверенно, будто знал содержание архива.

Я написала:

Значит, канал у тебя отдельно.

Ты получишь его, если выполнишь условие.

На балу я должна сказать, что никогда не любила Тимура и он придумал ставку?

Да. Добавишь, что он использовал проект, чтобы добиться тебя после публичного отказа. Это правда.

Не вся.

Аудитории не нужна вся. Ты сама знаешь.

Фраза звучала почти как признание профессионала.

Человека, который годами строил публикации на обрезанных деталях.

— Дожимай, — сказала Женя.

Я набрала:

Почему тебе так важно уничтожить Тимура?

Ответа не было почти минуту.

Потом пришло голосовое сообщение.

Не обычное.

Исчезающее после одного прослушивания.

На экране стояло предупреждение: