Книга Развод по Проекту: Дом, который построила Я!, страница 40 – Арина Вольская

Антон расстроился, но через день вернулся с письменным разъяснением: разовая работа в свободное время допускалась, если не использовались материалы и техника работодателя.

Лидия заключила с ним краткий договор и заплатила аванс.

— Вы всегда так делаете? — спросил он, подписывая бумагу.

— Как?

— Сначала договор, потом работа.

Она вспомнила двадцать пять лет неформальных решений, ночных исправлений и благодарностей, произнесённых со сцены не тому человеку.

— Теперь — да.

Основой её предложения стала не форма здания, а последовательность возвращения к жизни.

Сначала противоаварийные работы и сохранение центрального корпуса.

Затем речной зал, кухня и небольшая часть общественных помещений, способных начать приносить доход.

После этого — первая очередь гостиницы.

И только потом, когда здание начнёт работать, восстановление дальнего крыла, благоустройство причала и новые павильоны на месте поздних складов.

Лидия отказалась от идеи открыть весь комплекс сразу.

— Это будет выглядеть менее убедительно, — заметил Антон, когда они собирали презентацию. — У остальных наверняка будет готовая картинка всего объекта.

— Картинку мы тоже покажем.

— Но у нас сначала половина фасада закрыта лесами.

— Потому что первые полтора года она и будет закрыта лесами.

— На конкурсе продают будущее.

— Нет. На конкурсе продают путь к нему.

Антон посмотрел на неё так, словно пытался решить, можно ли превратить эту фразу в заголовок.

— Не надо, — сказала Лидия.

— Я ничего не говорил.

— Но уже открыл новый слайд.

На седьмой день пришли результаты выборочного обследования.

Состояние северного гостиничного крыла оказалось хуже ожидаемого. Несколько балок потеряли несущую способность, часть кладки была насыщена влагой, а в подвале нашли следы давних сезонных подтоплений. Зато центральный корпус и речной зал сохраняли достаточную устойчивость при условии срочного усиления отдельных участков.

Тамара Аркадьевна положила отчёт перед Лидией.

— Теперь решайте.

— Северное крыло разбираем до устойчивых участков.

— Это вызовет скандал у защитников наследия.

— Если предмет охраны подтвердят в полном объёме, согласуем поэлементную разборку с сохранением кирпича и восстановлением геометрии.

— Дорого.

— Дешевле, чем сохранять аварийное перекрытие ради красивого отчёта.

— А гостиничные номера?

— Переносим первую очередь в южное крыло. Там их будет меньше.

— Экономика просядет.

— На первом этапе — да. Но ресторан и речной зал начнут работать раньше.

Широкова молчала.

— Вы чего ждёте? — спросила Лидия.

— Когда вы начнёте просить меня придумать более удобное заключение.

— Не начну.

— Тогда продолжайте.

К десятому дню проект ещё нельзя было назвать красивым в привычном конкурсном смысле.

В нём не было одного головокружительного образа, который мгновенно запоминался. «Северная пристань» не превращалась ни в стеклянный дворец, ни в футуристический порт, ни в символ нового века.

Она оставалась собой.

Старый речной зал открывался к воде. Гостиница возвращалась постепенно. Новые объёмы не спорили с историческим фасадом и не притворялись старинными. На месте поздних складов появлялись лёгкие деревянные павильоны, которые можно было построить быстро и использовать во время основной реконструкции.

Главным слайдом Лидия сделала не вечерний рендер, а схему трёх очередей.