Книга Развод по Проекту: Дом, который построила Я!, страница 52 – Арина Вольская

Она не предупредила. Просто появилась около семи вечера, когда Антон уже ушёл, а Тамара Игнатьевна собирала документы для совещания с «Рубежом».

Лидия услышала, как открылась дверь, и сначала решила, что вернулся курьер. Потом увидела дочь.

Дарья была похожа на Виктора сильнее, чем ей хотелось признавать в последние недели. Та же линия подбородка, тёмные брови, привычка слегка прищуриваться, когда человек заранее готовился к спору. От Лидии ей достались руки — длинные пальцы и внимательные движения, с которыми она брала бумагу или поправляла предметы на столе.

— Привет, — сказала Дарья.

— Привет.

Они не виделись после церемонии.

Дочь несколько раз писала короткие сообщения. Спрашивала, всё ли в порядке, где Лидия живёт, нужна ли помощь с вещами. Потом разговор неизменно обрывался. Ни одна не хотела обсуждать Виктора в переписке.

Тамара Игнатьевна оценила ситуацию без пояснений.

— Я закончила, — сказала она, застёгивая сумку. — До завтра, Лидия Андреевна.

— До завтра.

Дарья подождала, пока дверь закроется.

— Значит, это правда.

— Что именно?

— Ты открыла своё бюро.

— Студию.

— Какая разница?

— Пока большая.

Дарья оглядела помещение.

На трёх столах лежали планы. На стене висела схема очередей «Северной пристани». Рядом со старой табличкой отца уже появилась новая вывеска, которую Лидия так и не решилась вынести наружу.

Дочь прочитала название.

— Воронова.

— Да.

— Ты уже сменила фамилию?

— В профессиональной работе.

— Даже развод ещё не оформлен.

— Для проекта это не имеет значения.

— Для папы имеет.

Лидия медленно закрыла ноутбук.

— Ты приехала от него?

— Я приехала сама.

— Хорошо.

Дарья положила сумку на свободный стул, но не села.

— В офисе говорят, что ты забрала проект, на который папа рассчитывал.

— Я участвовала в конкурсе.

— После того как Карелин позвал тебя отдельно.

— Да.

— И выиграла у бюро.

— Да.

— Ты понимаешь, как это выглядит?

— Для кого?

— Для всех.

— Объясни.

Дарья отвернулась к окну.

— Вы объявляете о разводе. На следующий день ты уходишь из компании, блокируешь подписи, потом открываешь собственную фирму и забираешь крупного заказчика.

— Мы не объявляли о разводе.

— В офисе всё знают.

— Это не одно и то же.

— Какая разница, если результат такой?

Лидия смотрела на дочь и видела, как тщательно та выстраивает обвинение, чтобы не произнести главного: ты разрушила нашу семью.

— Карелин не был заказчиком бюро, — сказала Лидия. — Он проводил конкурс. Участвовали четыре команды.

— Папа говорит, что ты использовала ваши общие наработки.

— Претензия проверена. Она не подтвердилась.

— Юристы могут написать что угодно.

— В том числе юристы твоего отца.

Дарья резко повернулась.

— Вот. Ты уже говоришь «твоего отца», как будто он теперь только мой.

— Я говорю так, потому что он действительно твой отец.

— И твой муж.

— Пока формально.

Дочь наконец села.

В её лице на мгновение появилась не злость, а усталость. Лидия вспомнила, что Дарье двадцать три. Достаточно, чтобы работать, принимать решения и считать себя взрослой. Недостаточно, чтобы спокойно смотреть, как родители превращаются из единого устройства мира в двух отдельных людей.

— Почему вы не могли договориться? — спросила она тише.

— О чём?

— Обо всём. О разводе, о компании, о проектах. Вы всегда умели договариваться.