Книга КоммунАллочка, страница 93 – Виктория Арана

Я поблагодарила его и села разбираться во всём, что пропустила. Цветы на столе подвяли. Из-за внеплановой истерики совсем про них забыла. Даже ни разу не поменяла воду. Исправилась. Пусть они уже отстояли своё и точно не оживут, хотя бы остаток своей короткой жизни проведут в относительно комфортных условиях.

Рука устала из-за непрекращающегося письма. Я разминала кисть, когда заметила странное мерцание. На балконе Юры образ человека включал и выключал фонарик на телефоне. Машинально посмотрела на бумагу. Что-то изменилось. Взяла телефон и приблизила. Увидела, что надпись сменилась на короткое: «Ужин?».

Закатила глаза, достала лист бумаги и жирным маркером начертила минус. Прилепила на окно. Раз ему нравилось общаться подобным способом, пусть так. Через несколько минут фонарик снова замерцал.

«С калькулятора отвечаешь?»

Я рассмеялась. Это самая тупая шутка из всех возможных. Ешё и безумно старая. Сняла лист, превратила минус в плюс. Дурак. Снова вернулась к записям, но поймала себя на мысли, что поглядываю на окно Юры и жду чего-то ещё. Он не заставил долго ждать.

На новом листе было нарисовано ведро с названием моего любимого кафе с курицей. Я снова прилепила минус. Сегодня я такое уже ела. Потом Юра нарисовал что-то отдалённо напоминающее пирог. Ответ я не поменяла. Он рисовал и рисовал, но я больше не реагировала. Видимо, у него вылетело из головы то, что мой холодильник забит на ближайшие три месяца еда меня больше не беспокоит.

Зазвонил домофон. Света ответила и кого-то впустила. Через какое-то время она постучала в мою дверь, а потом демонстративно хлопнула своей. Я пошла посмотреть, кто пришёл, но там никого не было. На полу стоял букет цветов. Скромный. Снова в вазе. Его я забрала.

Дурацкое необдуманное действие открыло шкатулку пандоры. Курьеры стали приходить каждые полчаса. Мне принесли ещё несколько букетов (каждый новый выглядел дороже предыдущего), тёплый плед, поллитровую новую кружку, упаковку бумаги А3 с маркерами и термос. Я взяла в руки чистый лист и написала: «ХВАТИТ!»

В ответ Юра сменил последнюю нарисованную еду на самое первое послание. Поставила плюс, понимая, что он достанет меня доставками всего на свете. Отказаться или выкинуть хорошие вещи я бы не смогла. Да и в свете родительского предательства Юрин поступок уже не казался таким ужасным. По крайней мере, я могла его выслушать.

Юра пришёл с лапшой быстрого приготовления минут через двадцать. На немой вопрос ответил, что от всего остального я уже отказалась во время нашей «переписки». Я поставила чайник решив вести себя максимально нейтрально. Надеялась, что Юра отстанет, как только выговорится. При этом не хотела, чтобы он уходил и злилась на саму себя. Нужен был кто-то рядом. Тот, кто сам этого бы хотел.

Он же невозмутимо вытащил из холодильника овощи, сходил помыл их и начал стругать салат. Больше всего вопросов вызывала упаковка пророщенных семян непонятно чего. К таким продуктам должна прилагаться инструкция.

— Ты не ела, потом запихнула в себя бургер с острыми жирными крыльями, теперь будешь есть сублимированную лапшу. Если в тебя не положить чего-то человеческого, заработаешь язву, – ответил он на непрозвучавший вопрос.

— Уже заработала. Салат, вон, режет стоит.