Книга Искатель, 2010 № 11, страница 69 – Михаил Федоров, Сергей Юдин, Александр Юдин, и др.

Как только за ним затворилась массивная дверь, улыбка сползла с округлого лица отца Алексия, и он прошептал сквозь зубы в браслетку наркома:

— Ну? Все слышал?.. Говорю тебе, это он, спецэмиссар, тот, что с особым предписанием, и есть. Да... да... действуй!

В коридоре Ассур буквально столкнулся с дородным иерархом в малиновом берете.

— Извините, вашество, — рассеянно пробормотал дознаватель.

Но здоровяк неожиданно ухватил нунция толстыми, унизанными перстями пальцами за плечи, вглядываясь тому в лицо.

— Ба! — пророкотал иерарх оперным басом. — Уж не Георгий аль Рашид передо мною? Вот так встреча.

Ассур в свою очередь присмотрелся к грубым, точно вырубленным топором чертам и узнал кардинала Смоленского Власа Бендераса — одного из четырех членов Губернского отдела Вселенской Церкви, что два года назад убедили его пойти на самоубийственный штурм Пирамиды Муна — центрального офиса корпорации «УММ». Из которого он, впрочем, вышел полным медалистом.

— Здравствуйте, ваше высокопреосвященство.

— Узнал! — обрадовался кардинал, тряся дознавателя как грушу. — Узнал, красота ты моя! Георгий ты наш Победоносец!

— Я теперь не Георгий, — многозначительно понизил голос аль Рашид, — я Ассур, нунций-дознаватель СКВ. Сами понимаете, ваше высокопреосвященство, после всех тогдашних событий... Многое изменилось...

— Понимаю, — тоже сбавив тональность, кивнул Бендерас, — «и увидел я новое небо и новую землю, ибо прежнее небо и прежняя земля миновали...» — Он бросил косой взгляд на кабинет майора-хранителя. — Ты сейчас от Терекова?

— Да. Зашел уведомить о прибытии. Я ведь только сегодня прилетел.

— Значит, он теперь твой начальник? — нахмурил сросшиеся брови кардинал.

— Нет. Я хоть и прохожу по его ведомству, но нахожусь в прямом подчинении у генерала Скимена.

— Ого! — уважительно округлил глаза Бендерас. — По заслугам и честь. По заслугам, по заслугам, не спорь. И какими же судьбами к нам, в первопрестольную? Соскучился по родным пенатам?

— Дела службы, — вздохнул Ассур. — Конечно, и на Москву посмотреть хотелось.

— Понимаю, — кивнул кардинал, бросая повторный взгляд на кабинет диакона, — а к Терекову, значит, доложиться о прибытии зашел... Ну и как тебе здешний руководитель СКВ?

— Муж обстоятельный, — уклончиво пожал плечами дознаватель.

— Угу, — промычал Бендерас как-то неодобрительно. — Небось, все за свое Чудное Учение агитировал? Он известный энтузиаст. Как, удалось ему тебя распропагандировать?

— Ему не пришлось, — насторожился Ассур. — Полагаю, что официально утвержденную национальную идею должно принимать как догму. Никому же не придет в голову агитировать за Символ Веры или пять догматов Вселенской Церкви. Тот, кто их оспаривает, — еретик, и все дела. Разве не так? Или я чего-то не понимаю?

— Так-то оно так... А ты, Геор... то бишь, Ассур, гляжу, изменился, раньше-то поершистей был. Знаешь что? А заходи-ка ты сегодня вечером, часов, скажем, в восемь, ко мне — есть важный разговор. Вот тебе моя визитка. Зайдешь?

— Конечно, ваше высокопреосвященство, — ответил Ассур, склоняя голову под благословение.