Онлайн книга «Искатель, 2010 № 10»
|
— Ну-у... — на мгновение задумался Ассур, — полагаю, смысл этих слов таков: разум де бессилен в деле Спасения, он должен следовать за верой, а не наоборот. — Молодца! — похвалил старец нунция. — Что Афины — Иерусалиму? Что Академия — Церкви? Что еретики — христианам? Тем более следует верить там, где именно потому и не верится, что это удивительно! Ибо каковы должны быть дела Божьи, если не сверх всякого разумения и удивления? Мы и сами удивляемся — но потому, что верим. Первый и конечный урок преподаваемый религией, состоит в том, что видимое и реальное временно, а невидимое и нереальное вечно. Религия попирает природу! Вера опровергает науку! И ведь правда: для любого эмпирика противоречие — это беда, чума, кара Господня. Абсурд неприемлем для хваленых научных дисциплин, ибо немедленно повергает куцую рациональную мысль в ступор. Вера же, напротив, зиждется на противоречиях, она питается ими, как червь прахом земным, и, подобно червю же, лишь растет и умножается оттого. Потому запомни: истинно верующий не рассуждает о том, во что ему приказано верить. Это вроде горькой пилюли: разжуешь ее — после ни за что не проглотишь. Коли ты взыскуешь не лишенных Божественной искры трюизмов, не убогих, пускай и надежных истин, но смысл самой жизни, — то обязан отказаться от пресловутых научных методов и обратиться к метафизике. И не к метафизике даже — ибо она, как общая теория сущего, не чужда логике, — но к богооткровенному богословию, к мироточивой схоластике! Сие неизбежно, сыне! Разве наука в состоянии гарантировать нам хотя бы что-нибудь похожее на обещания Веры? Обещания, обеспеченные ее незыблемыми догматами! Нет и еще раз нет! Никакие даже самые изощренные усилия низменного инструментализма во всех видах его не в силах превзойти одной лишь гарантии Спасения! Не следует ли из этого, что Разум и Вера — две вещи несовместные? Не надобно ли разделить их, оставив во власти Разума жизнь дольнюю, а во власти Веры — жизнь горнюю? Подумай. Не случайно же никаких неопровержимых доводов Разума в защиту положений Веры не существует. Более того, когда бы таковые существовали, они доказывали бы ровно обратное! Ибо вера a priori вне нашего разумения. Богооткровенная реальность не может быть доказана, будучи по определению непостижимой. Она может быть только явлена, дана свыше и возвещена. Тварный человечий ум не в состоянии постичь изначально непостижимое, он способен лишь причаститься к оному. И не стоит соваться с доказательствами туда, где говорит Вера: перед не-исповедимостью Творца, который единственно владеет истиной, всякое знание ничтожно. Потому-то Господь — скорее Мрак, нежели Свет... Не мною сказано: чем ближе мы к Нему, тем дальше Он от нас! Точно так же мрачнее яркое солнце, если долго смотреть на оное... И еще подумай: отчего Христос сказал, что Царствие Небесное — для нищих духом? Размысли, а я в следующий раз спрошу... Ну а теперь давай перейдем к таинству покаяния... Да преклони колена-то, охальник! Вишь, разлегся, будто на сеновале, а не в храме Божьем! Исповедь, впрочем, не заняла, по понятным причинам, много времени, и уже через минуту отец Зосима прочел разрешительную молитву и покрыл преклоненную голову своего духовного сына невесомой епитрахилью. |