Книга Измена. Я тебе отомщу, страница 101 – Анастасия Пырченкова

— Что… это? – прошептала я, сильнее вжимаясь спиной в матрас.

Пружины больно впились в лопатки, но я почти не почувствовала.

— Одно интересное средство, – принялся охотно делиться со мной бывший жених. – Говорят, после него человек становится шёлковым и на всё согласным. Правда негативно сказывается на здоровье, но ты всё равно не покинешь уже эту комнату, так что…

Он шагнул ближе, и меня накрыла ледяная волна ужаса. Он точно мне это вколет. И рука не дрогнет. Рука, которая становилась всё ближе.

— Я подпишу, – почти выкрикнула, когда он занёс её над моим плечом. – Подпишу, – повторила спокойнее. – Только обещай, что не станешь мне ничего такого колоть. Никто не станет.

Михаил улыбнулся. Почти нежно.

— Обещаю, – кивнул. – Подписывай.

Но я и в этот раз помедлила.

— Ты меня отпустишь. Я подпишу всё, что надо, но ты выпустишь меня отсюда.

— Увы, этого обещать не могу, – качнул он головой. – Но могу попросить заведующего этого отделения для особо буйных больных обращаться с тобой бережней и не пичкать ничем вредным, пока не родишь. Если конечно будешь хорошо себя вести.

Меня словно ударили.

Он с самого начала планировал использовать меня, а потом спрятать и закрыть, как «неадекватную». И у него это выходило.

Всё шло ровно так, как ему было нужно.

Ну а то, о чём он говорил…

Так себе альтернатива, но какой у меня был выбор?

В текущем состоянии я вообще ничего не могла. Только лежать и мычать. А так хотя бы оставался шанс выбраться отсюда и родить здоровых детей. Пусть не сразу и довольно маленький, но всё же. Главное, не буйствовать и вести себя разумно, может получится с кем подружиться, договориться. Хотя бы чтобы весточку передали тому же Александру. Думать о том, что его может уже не быть в живых я себе запретила. Тем более, Миша сам сказал, что, когда он уходил с кладбища, тот ещё дышал. А до этого в машине муж звонил Сергею и ещё кому-то по поводу случившегося. Я не вслушивалась в разговор, но был шанс, что его найдут, когда не смогут дозвониться. А после него станут искать и меня.

Так что да, я поставила на бумаге эту чёртову закорючку.

Сперва одну. Затем вторую. Третью. И ещё, и ещё, по мере того, как Михаил перекладывал листы документов…

Подписывала, а сама мысленно просила у родителей прощения, что не сберегла их наследие, но я уверена, они бы меня поняли и не осудили. Ведь тем самым я спасала нечто более важное – своих детей, их внуков.

Стоило руке выписать последний штрих, Михаил тут же вырвал у меня документы, свернул их и убрал во внутренний карман пиджака, вроде трофея.

— Ну что ж, как и обещал, ничего колоть тебе не буду, – сказал он уже почти буднично. – Если будешь вести себя хорошо, то и другие не станут.

Марина всё это время молчала. И только теперь, когда Миша спрятал бумаги, снова подняла на меня взгляд. На долю секунды. В её лице дрогнуло что-то странное – не раскаяние, нет. Скорее всего… страх? Разобрать я не успела. Потом она отвела глаза.

— Может, хотя бы воды ей принести? – тихо спросила у Миши, не глядя на меня.

Тот лишь хмыкнул.

— Потом. Пускай пока полежит и подумает о своём поведении, к тому же мы ещё не закончили, – отмахнулся и достал из кармана телефон.

Мой телефон. И я даже не удивилась. Конечно, он и его забрал. Не только забрал, но и с самым сосредоточенным видом принялся его включать. Очевидно, выключил на том же кладбище.