Книга Измена. Я тебе отомщу, страница 99 – Анастасия Пырченкова

Что ещё они сделают? Как далеко зайдут?

Причём боялась я не столько за себя, сколько за детей. Едва ли этих двоих волновало моё положение.

— Ну, тише, тише, ты её так прикончишь раньше, чем она выполнит всё, что от неё требуется, – прервал свою девушку Михаил.

Я всё-таки постаралась открыть глаза. С усилием, через те же слёзы, но получилось.

Взгляд тут же заскользил по обстановке. Мы находились в небольшой комнате с зарешётчатым окном, вырезанным высоко в стене, почти под самым потолком. Через него лился тусклый свет Луны. Вечерело. Похоже, я проспала почти весь день. Собственно на этом всё. Больше в этой комнате ничего не было. Лишь потрескавшиеся временем стены и потолок. Ну ещё железная кровать, на которой я сейчас возлежала.

— Где мы? – вырвалось раньше, чем я успела остановиться.

На самом деле хотела спросить про Александра. Но про него спрашивать было страшнее, чем о своей участи.

Миша стоял у стены, положив руки на грудь. Собранный, но не спокойный – наоборот, напряжённый до предела, как человек, который ещё держится, но уже на последних усилиях. Вот-вот сорвёт, как сломанную пружину…

— Там, где нам никто не помешает. Особенно, мой драгоценный братец, – ответил бывший жених. – Он, кстати, жив, если тебя это вдруг волнует. По крайней мере был, когда мы уходили с кладбища.

С губ сорвался облегчённый выдох.

Жив.

Спасибо тебе, Господи!

— Ты ненормальный, – прошептала, чувствуя, как в горле собирается ком.

Первый шок прошёл и стало очень страшно от того, что будет дальше. Я ведь даже отпор не могла дать. А он брата готов убить. Что тогда со мной сделает?

— Чего ты хочешь? – спросила, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Притворяться получалось откровенно паршиво. Но я старалась. К тому же им обоим без разницы было, их волновало лишь одно:

— Ну вот, я рад, что мы поняли друг друга. А Марина говорила, ты будешь сопротивляться, – почти ласково отозвался Михаил, шагнув ко мне. – Но ты же не будешь, правда? В конце концов, мы ведь не хотим, чтобы вместе с тобой и он пострадал, правда же?

На живот легла его огромная ладонь, прямо намекая, о ком ещё речь. Да я и не питала иллюзий. Кивнула согласно.

— Умница, – стало мне ответом наравне с новой улыбкой. – И раз уж мы договорились…

От его улыбки по коже прошёл холод, кровь стыла в венах, так много опасности в ней таилось. Михаил махнул рукой и Марина тут же подала ему какие-то бумаги. Их он мне и подсунул под руку.

— Подмахни, а? – поднёс бумажку поближе и сунул мне в пальцы ручку.

Я попыталась приподняться, чтобы увидеть, что передо мной, но тело ответило только слабостью. Голова тяжело повисла. Шрифт расплывался, буквы прыгали. Мелкий текст не желал складываться в слова. Впрочем, я и так догадывалась.

— Что это? – спросила я, хотя уже знала ответ.

— Дарственная, – подтвердил все мои опасения Михаил. – На квартиру. На счета. На всё, что твоё. Подпишешь и свободна.

— С ума сошёл? Как это свободна? Ты хочешь, чтобы она пошла и тут же нас заложила? – возмутилась молчавшая до этого Марина.

Даже ближе к нам шагнула, глядя на своего ненаглядного с претензией. Я тоже посмотрела, но с опаской.

— Да мля, Марина, какая же ты иногда дура, а? – выдохнул раздражённо мой бывший жених, закатывая глаза.

Меньше возмущения в Марине не стало. Зато во мне веры – да.