Книга Пристойное поведение, страница 68 – Кэти Андрес

Я резко вскочила, подтягивая к груди край простыни, и уставилась на него с вспыхнувшим возмущением.

— В смысле? Отсылаешь меня⁈

Ну конечно. Помирились, признания прозвучали, а теперь Соболев снова включает своего «решалу», раскидывая людей по удобным ему локациям.

Чтобы глаза не мозолила?

Чтобы Анжелику не тревожила?

Марк посмотрел на мой ощетинившийся, воинственный вид. Его губы дрогнули в усмешке. Он не стал злиться. Просто протянул руку, обхватил меня за талию и, не обращая внимания на мое слабое сопротивление, рывком уложил обратно на себя, крепко прижимая к своей груди.

— Нет, Ань. Никто тебя никуда не отсылает. Просто пока Анжелика здесь… ты поживешь там.

Он замолчал на секунду, словно взвешивая слова, а затем добавил:

— Ну и, если ты не против, я с тобой.

Я удивленно моргнула, утыкаясь подбородком в его ключицу.

— Я не против, Марк, если Анжелика…

— Ань, — Марк чуть приподнял мою голову и посмотрел мне прямо в глаза абсолютно серьезным, не терпящим возражений взглядом. — Ты не будешь жить под одной крышей с моей бывшей. И это точка.

Я смотрела в его глаза и видела в них не просто упрямство. Я видела защиту. Он выстраивал вокруг меня ту самую стену, которую я всегда искала. Он больше не пытался балансировать и делать вид, что всё нормально. Он проводил жирную, красную черту, защищая мою психику, мои нервы и наши с ним отношения.

Диктатор включился в работу, но на этот раз — он работал на меня.

Я не смогла сдержать улыбки. Закатила глаза, показательно тяжело вздыхая, и снова положила голову ему на плечо.

— Как скажешь, Марк, — пробормотала, обнимая его поперек торса. — Как скажешь.

Марк

Месяц спустя…

Если бы какой-нибудь идиот еще полгода назад сказал мне, что я превращусь в сентиментального придурка, я бы лично закатал его в бетон.

Но жизнь — забавная штука. Особенно когда она бьет тебя под дых, переворачивая все чертежи твоего привычного, выверенного существования.

Говорят, когда встречаешь «своего» человека, всё меняется. Вся эта философская хрень, которую пишут в ванильных романах, на поверку оказалась суровой физикой.

Встретить свою женщину — это как найти идеальную точку опоры. Вдруг понимаешь, что до этого ты просто существовал, строил свои стеклянные коробки, множил нули на счетах, а фундамент-то был пустым.

А теперь… теперь я физически не представлял своей жизни без нее. Без ее упрямства, без запаха ее яблочного шампуня, смешанного с дорогим парфюмом, без того, как она морщит нос, когда злится.

Внутри меня словно рухнул какой-то стальной каркас, который я возводил годами. Оказалось, что суровый Марк Соболев готов прыгать вокруг двадцатипятилетней девчонки, как сопливый мальчишка. Готов срываться посреди дня, чтобы привезти ей кофе, готов терпеть ее капризы, готов луну с неба достать, лишь бы она просто смотрела на меня так, как умеет только она.

Но вслух я ей этого, конечно, не скажу. Иначе моя сибирская белка окончательно сядет мне на шею и свесит ножки.

Мы сидели в большой переговорной моего офиса.

Она — на противоположном конце длинного стола, в окружении своей команды голландцев. Они уже второй час увлеченно, на повышенных тонах что-то обсуждали на английском. Ребята прилетели в Москву для совместной работы над огромным правительственным грантом, который мы всё-таки забрали в консорциуме. Аня порхала над ними, раскидывая указания, безупречная, собранная, с идеальной осанкой и ледяным профессионализмом. Настоящий главный архитектор европейского уровня.