Книга Нарушу все твои законы, страница 12 – Татьяна Бэк

— Останови машину. Немедленно! Марк нахмурился, увидев, что я не шучу.

— Ирма, мы почти на месте…

— ОСТАНОВИ! – выкрикнула я так резко, что подзащитный рефлекторно дал по тормозам, притягивая мощный автомобиль к обочине в неположенном месте. Я толкнула дверь и вышла на холодный, продуваемый неприветливым ветром тротуар. Глубоко вдохнув, попыталась поймать ртом ледяной воздух, чтобы потушить пожар внутри. Через секунду хлопнула и водительская дверь машины. – Ирма, что за детский сад? – Марк настиг меня за два шага, его длинные ноги легко сократили дистанцию. Он схватил меня за руку выше локтя, не больно, но твёрдо, заставляя остановиться. – Мы опоздаем! Вернись в машину! Я попыталась вырваться, но его хватка была как стальные тиски.

— Отпусти! Ты перешёл все границы!

— Какие ещё границы? Я просто…

— Эй, молодой человек! – раздался сзади голос. Пожилой мужчина в шапке-ушанке, выгуливающий таксу, смотрел на нас с неодобрением. – Девушку не трогайте! Я полицию вызову!

Марк обернулся к прохожему, и на его лице мгновенно расцвела самая обаятельная, виноватая и искренняя улыбка, какую я когда-либо видела.

— Простите, дядя, мы просто поссорились, – сказал он голосом, полким раскаяния. – Это моя жена. Я дурак, накосячил, она обиделась и вышла из машины. Я её уговариваю вернуться. Всё хорошо, честное слово! Вот скажите ей, чтобы не мёрзла здесь, а простила меня побыстрее!

«Жена». Это слово прозвучало так естественно, так уверенно, что у меня на секунду перехватило дыхание. Старик смягчился, качнул головой.

— Жену надо беречь, сынок, а не доводить до слёз. Миритесь да езжайте, не на морозе же стоять. – Обязательно, спасибо, что заметили, – кивнул Марк, а затем повернулся ко мне. Его лицо было совсем близко. В глазах плескались смесь торжества, нежности и той самой опасной искры. – Прости, солнышко. Я был неправ. Садись в машину, заледенеешь совсем.

Что-то внутри меня дрогнуло, надломилось и рассыпалось в мелкую, блестящую пыль. Этот наглый, невыносимый, совершенно невозможный парень только что назвал меня «женой» перед незнакомцем, вывернул ситуацию наизнанку и теперь смотрел на меня взглядом, в котором читалось неподдельное… обожание? Азарт? Игра? Я не знала. И от этого голова шла кругом.

Ох, Ирма, твой подзащитный совсем не так прост! Беги от него со всех ног, хоть по льду, хоть по снегу. В этих янтарных манящих глазах пляшут демоны. Твой «гениальный» Игорёк – недалёкий дурачок с комплексами, на фоне этого парня. Но я лишь рассмеялась, – не сдержанно, не деловито, а громко, искренне, срываясь на хрипоту, потому что смех граничил со слезами. Смеялась над абсурдностью всего: над ситуацией, над собой, над этим днём, над всей своей правильной, выстроенной по линейке жизнью, которая вдруг поехала под откос из-за какого-то наглого «трудного подростка».

— Ладно, – выдохнула я, вытирая слезинку, выступившую в уголке глаза. – Прощаю. Веди свою «рабочую лошадку». Но руку на колено больше не клади. Это приказ.

Марк просиял, как ребёнок, получивший лучший подарок. Его лицо озарила такая радостная, беззащитная улыбка, что сердце ёкнуло снова.

— Есть! – он галантно распахнул передо мной дверь, как будто я была не адвокат с потрёпанными нервами, а королева. – Приказы обожаю. Особенно ваши.