Книга Ты. Вышла. Замуж, страница 18 – Виктория Волкова

— Да, конечно, — приносит мне закрытую бутылку сынок Зейна.

— Без ментанила, я надеюсь, — шучу, хотя на душе кошки скребут.

— Как можно, — всплескивает руками Зейн. Сухощавый, матерый. Вот только рангом не вышел.

Как ни прыгает, до меня дотянуться не может. Кишка тонка.

Беру тонкий лист лаваша, сыр, зелень. Скручиваю неспешно. Ем. Проявляю уважение. Делаю

глоток из бутылки и уже спешу откланяться, как Зейн, прокашлявшись, замечает негромко.

— Кхмм… Таир… Мы сыну давно невесту ищем. Но все не такие, ты же знаешь… Может, завтра на

твоей свадьбе познакомим детей? Если понравятся друг другу, породнимся…

— Не получится, Зейн, — стараюсь говорить спокойно и ничем не выдать себя. Мягко смотрю на

Зейна, потом на его сынка. Даже в бредовом сне не могу представить Баязовых своими

родственниками. С ними лучше держать дистанцию и не пускать в дом. А то мало ли… — Церемония

закрытая. Только близкие родственники. Мы с Анжеликой не планировали шумной свадьбы…

— С Анжеликой? — в ужасе уточняет Зейн. — Она же твоя племянница.

— Моей первой жены. Зарины. А мы с дочкой Алекса не кровные родственники.

— И решил в сложной ситуации жениться на девчонке? — усмехается Зейн. Его сынок тоже тянет

губы в вымученной улыбке.

— Нет. Мы с Давидом еще летом сговорились, — вытираю руки и откладываю на тарелку салфетку.

— Так… — словно рыба, хватает ртом воздух Зейн. — Совет и любовь, конечно. Всяческих

благословений тебе и твоей нареченной, Таир. Только я одного не пойму. Какого иблиса твоя

женщина ходит без охраны? Где были ее телохранители? Объясни.

Хороший вопрос. Очень хороший, Зейн. Только ответ тебе знать необязательно.

— Разбираемся, брат, — поднимаюсь из-за стола. — Спасибо за содействие, — пожимаю руку

Зейну, а потом его сыну. — Дом продай многодетной семье. Пусть люди будут довольны, –

напоминаю напоследок. — Нужно помогать своим. Тогда и дети вырастут правильными.

— Да, конечно. Ты прав, — кивает Зейн. Бледный, недовольный. Но держит спину. Не дает волю

чувствам.

Как и я…

Только сев в машину, расслабляюсь. Вдыхаю запах кожи, смешанный с парфюмом Лики, и

улыбаюсь. Непривычно. Очень.

Вроде бы девчонка своя. Но задела за живое. Заставила стучать мое глупое сердце.

«Как дела? Моя милая спит?» — печатаю сообщение Леону, начальнику службы безопасности.

«Спит», — ответ приходит незамедлительно, а с ним куча смеющихся смайлов.

«Что такое?» — спрашиваю поспешно и получаю целый ворох видюшек с камер наблюдения,

установленных у меня в апартах.

Нет, они незаметны для постороннего взгляда. Парочка спрятана в завитках лепнины на

потолке, один глазок в люстре. Плюс в каждой комнате.

Даже в пустой детской… бывшей комнате Альмы, все до сих пор функционирует исправно.

Я предлагал там выключить, но Леон и Ильяс отговорили. Глазки есть не просят.

Пока видеофайлы грузятся, звоню Давиду. Который раз за сегодняшнюю ночь.

— Отец, — мягко зову в трубку. — Не спишь?

— А-а, Таир, — вздыхает он. — Да какой сон? Что ты? Вот сидим с Тамарой. Разговариваем, –

бросает он отрывисто.

Сразу представляю заплаканную тещу, так и не снявшую траура. И тестя. Уважаю обоих. Низко

склоняю голову перед родителями Зарины. За их самоотверженность, заботу и преданность.

Альме, Лике, и мне самому.

— Я не задержу, — выдыхаю, словно извиняюсь. — Почему Анжелика была без охраны? Ты говорил.