Книга Ты. Вышла. Замуж, страница 81 – Виктория Волкова

— Внести поправки в контракт, — бодро рапортует Аким. — Он хочет кобыл осматривать в момент

перехода права собственности, а не после…

— Я согласен, — роняю коротко. — Позвони ему, — и переключаю внимание на Ильяса. — Удалось

что-то выяснить по Зейну?

— Да. Вместе с Курловым они посещают одну и ту же баню, вместе играют в теннис на корте

отеля «Савой». Но Зейн еще навещает любовницу по четвергам. Знаешь, с кем он спелся? –

усмехается нехорошо.

— С кем? — интересуюсь спокойно. И кажется, за этот длинный день меня больше ничто не может

удивить.

— Он крутит со старшей сестрой Азата.

— Пасьянс сложился, — киваю я мрачно.

— Что ты предпримешь? — осторожно спрашивает Ильяс. — Грохнуть бы эту сладкую парочку…

— Что? — тру репу. — Азата и его сестру я выгоню вон из Казанской. Дом заберу в уплату

долга. А с Зейном и киллером придется рассчитаться, — чуть прикрываю глаза.

— Что ты намерен делать? — не унимается Ильяс.

— Еще не знаю. Как пойдет, — ухожу от ответа. — Лучше скажи, где его будем брать?

— У телки, — пожимает плечами мой помощник.

— Нет, в бане. Курлова надо будет как-то отвлечь в последний момент. Пусть налоговая к нему

нагрянет, или полиция с обыском. И Зейн в бане останется один… Охрану вырубите, если будут

сильно упираться. Зейна ко мне в подвал. А я пока отвезу Альму в пансион.

— Таир… Там очень суровые законы. Девочка не привыкла, — предупреждает меня Ильяс. Но я не

слышу. Альме надо мозги вправлять. А потом замуж выдать.

Наследства я ее не лишу. Но от Азата увезу куда подальше. Слишком плохо влияет он на мою

дочь. А там… Может, она одумается?

— Вы пока с Ликой пройдитесь по магазинам. Порадуйте себя, девочки, — отдает указание Жора,

стоит нам только пройти паспортный контроль. — Водитель уже ждет. Я вызвал.

В огромном аэропорту Стамбула озираюсь по сторонам. Вчитываюсь в вывески, написанные на

русском и на турецком.

— Пойдем, Ликуша, — берет меня под руку Надя. — Жора сам заберет наши чемоданы, — машет

лапкой в сторону мужа. — У него свои дела, у нас свои. Успеть бы…

— Да мне ничего не надо, — отмахиваюсь машинально.

— Вообще ничего, — смеется бабушка и прижимается щекой к моей щеке. — Как же я рада, что ты

с нами! Я уже мечтать перестала…

— Я тоже никогда не думала, — прижимаюсь к бабуле. — Даже не мечтала…

Все пеклась об Альме. Как она без меня… А она… Меня предала!

Слезы застилают глаза. Смаргиваю решительно. Вместе с бабушкой и парнем из охраны выходим

на улицу. А там уже Жорин мерседес припаркован.

— Все, мы дома, — расстегивает она шубку. Откидывает назад яркий платок. Кладет затылок на

подголовник.

А я в изумлении рассматриваю кожаный салон авто цвета топленого молока. Глажу рукой по

сиденью, вдыхаю запах. Чуть терпкий, с нотками цитрусовых.

— Красиво. Очень, — выдыхаю тихонечко.

— Привыкай, — улыбается Надя. В порыве чувств целует меня в щеку. — Лика, детка. Наконец-то

ты с нами… Смотри пока по сторонам, а мне нужно заняться нашими делами, — выуживает она из

сумочки сотовый.

Пишет кому-то, звонит, легко болтая по-турецки. И наконец выдыхает.

— Так. Я везде нас записала. Стилиста удалось уговорить самого лучшего, плюс маники-педики,

эпиляция, брови. Должны все успеть…

— А магазины? — глазею на проносящиеся за окном вывески.