Книга Обожженная изменой. Выбор шейха, страница 60 – Виктория Волкова

— Два теста, пожалуйста, — протягиваю деньги фармацевту. Получаю заветные упаковки. Прячу их в сумочку и бодрым шагом выхожу на улицу.

— Теперь в русский магазин, — выдыхаю, усаживаясь на заднее сиденье.

— Как скажете, госпожа, — с легким поклоном Саид закрывает за мной дверцу и садится за руль. Все чинно, благородно.

Бросается в глаза. Но в городе, напичканном аристократами и звездами мирового масштаба, мало кого можно удивить личным водителем. Тем более на арендованной машине. Вполне возможно, Рашид купил такси. Но кто об этом узнает, правда?

Вцепившись обеими руками в сумку, стараюсь мысленно выстроить диалог с хозяйкой русского магазина. Обычно за прилавком стоит пухлая румяная женщина. И если бы не короткая стрижка с косой челкой, хозяйку магазинчика можно было бы принять за Матушку-печку из русской народной сказки. Пусть сегодня будет она!

Сжав пальцы, прикусываю губу. Предложу женщине денег. Интересно, сто фунтов хватит? И кстати, сколько у меня наличности?

«Порядка тысячи фунтов, кажется», — мысленно перебираю содержимое кошелька. Был бы паспорт, купила бы билет и улетела бы первым рейсом. Но мой настоящий уничтожили похитители, а тот, что выписан на Мунису Аль Сансар, хранится у Рашида.

Такая традиция. Паспорта жен мужья держат в сейфе под замком.

Ну, ничего! В любом случае он бы мне не пригодился!

Влетаю в магазин и в ужасе смотрю на молодую девушка с русой косой, дочку хозяйки. Она иногда подменяет мать.

В торговом зале никого. Саид маячит под дверью. И у меня не больше пяти минут, чтобы воспользоваться предоставленным судьбой шансом.

— Можно позвонить? Я заплачу, — подхожу к кассе, за которой сидит девчонка.

— Да, конечно, — улыбается она. — Но денег не надо.

— Нет-нет, мне в Москву, — мотаю я головой. — Вот, возьмите, — придвигаю две розовых купюры.

— Ой, — испуганно роняет девушка. — Спасибо. — И добавляет с радостью и великодушием. — А вы проходите в мамин кабинет. Там вам удобнее будет!

— Отлично. Спасибо, — киваю как механическая кукла. Сегодня воскресенье. Одиннадцать утра. Коля просто обязан быть дома. Или Боречка.

Что я им скажу? Как объясню?

Много вопросов. Мысли в голове сбиваются в плотное бессвязное месиво. Только бы наш московский номер не забыть. А то будет потеха!

Усевшись в потертое кожаное кресло, трясущейся рукой набираю знакомые до боли цифры.

Слышу длинные гудки и, прикрыв глаза, молюсь. Только бы ответили! Только бы ответили!

В трубке слышится механический треск, будто кто-то связывает воедино все линии связи.

— Да, алло! — слышится голос, который я бы и в аду не пожелала услышать. Охаю в ужасе. Свободной ладонью прикрываю рот. Но не могу повесить трубку. — Кто это? Говорите! — манерно интересуется Маня Гусятникова и добавляет со злостью. — Не звони сюда больше, мразь.

— Кто там? — слышится на заднем фоне голос Борика.

И у меня сердце обрывается от родного голоса. Спазм душит горло, а слезы катятся по щекам. Обвожу кабинетик невидящим взглядом. Надо что-то сказать. Позвать к телефону Борю или Зорина. А я и слова вымолвить не могу. Открываю рот, как рыба, выброшенная на берег. И все. Даже вскрикнуть не получается.

— Кто? Да кто-то балуется, — фыркает Маня и бросает трубку.