Книга Обожженная изменой. Выбор шейха, страница 89 – Виктория Волкова

Муж врывается ко мне первым. Подхватывает на руки. Зычным голосом требует позвать врача.

— Только во дворце, мой господин, — всплескивает руками Аким.

— Тогда я сам, — цедит Рашид и на руках несет меня к машине. Усаживает на переднее сиденье, а сам садится на корточки рядом. Забирает у Акима вовремя принесенную аптечку и бурча себе под нос арабские ругательства, смазывает мои раны бесцветной пахучей мазью, бинтует широким стерильным бинтом.

— Руки затекают, — шепчу я обессиленно.

— Головой помотай. Вот так. Должно помочь, — из-за плеча Рашида командует Таня и сама показывает, как надо сделать правильно. Муж поворачивается к ней. Смотрит подозрительно. Но Таня и не думает тушеваться.

— Что такое? — фыркает на английском. — Это прием из тактической медицины, великий падишах. Когда затекают конечности, надо помотать головой.

— Ты кто? На кого работаешь? — подскочив на ноги, Рашид на полную катушку включает очнувшуюся паранойю.

— По специальности акушерка. Десять лет в Москве работала. Потом мой милый переехал вслед за шефом в Лондон и меня за собой потянул. А здесь я в школе… медицинской сестрой… и еще баристой в кафе. Жить-то на что-то надо… — не смущаясь, докладывает Таня. Хорошая боевая девчонка! Да и рукам стало легче. Кровообращение наладилось, кажется.

— Ты едешь с нами, — велит Рашид. Распахивает заднюю дверцу. Таня боязливо оглядывается по сторонам. Видимо думает, как ей удрать. Но бежать тут некуда. Двор полностью блокирован нашей охраной. Да и вся территория фабрики тоже.

— Не бойся, ты в безопасности, — подхожу к моей новой подруге и спасительнице. — Под защитой Рашида, — шепчу, обнимая за плечи.

Муж смотрит на меня хмуро. Не нравится ему пребывать в неведении. Но молчит. Терпеливо ждет, когда Таня усядется на заднее сиденье. Потом помогает сесть мне. И сам, не обращая внимания на предостережения Акима, занимает место рядом с водителем. — Едем, Саид, — приказывает глухо.

Когда же машина с ревом трогается с места, мне на плечо ложится Танина голова.

— Что-то мне страшно, Нинок.

Будто со стороны смотрю на нахмурившегося Мусу. Брат что-то читает в телефоне, потом кому-то звонит и под моим недовольным взглядом выходит из конференц-зала, где мы с сотрудниками разведки обсуждаем сегодняшнее происшествие. Андрэ не мог сам повредить моего коня. Тут замешаны еще люди. Посол Раквелл, например, еще пара человек из его ближайшего окружения.

— Ты сегодня поставил не на того коня, — улыбаюсь печально. Наш бывший жокей сидит, скрючившись на полу. Простреленная нога перебинтована, плечи поникшие, а в глазах мерцает ужас, помноженный на боль.

— Прости меня, шейх Рашид. Я выплачу, искуплю вину…

— Разумеется, — киваю я совершенно спокойно.

— Только отпусти меня, умоляю, — ноет он. — У меня мать больная, сестра-инвалид. На кого я их оставлю…

— Тебя уже это не должно волновать, — усмехаюсь я. — Можно было бы спросить, о чем ты думал? Но я знаю ответ на этот вопрос. Деньги. Тебе на счет перевели пять тысяч фунтов. Именно во столько ты оценил свою жизнь. И благополучие своей семьи. Заткнись, — морщусь раздраженно.

— Рашид! — перевожу удивленный взгляд на вбегающего в зал Мусу и уже хочу отчитать, но интуиция заставляет насторожиться.

— Что случилось? — смотрю на него во все глаза.