Книга Двойня в подарок-2. Семья, страница 44 – Виктория Волкова

Сосредоточившись на толчках, снова выпадаю из реальности. Жена постанывает, выгибается в моих объятиях. Царапает плечи и спину.

— Вместе, Лера… Вместе, — хрипло выдыхаю я в последний момент.

Оказавшись в постели, укладываю жену себе на грудь.

— А теперь спать, — командую я сонно.

«А поговорить?» — слабо интересуется здравый смысл, прежде чем снова пропасть.

«Потом. Все потом», — отмахиваюсь я, нежно целуя жену. И сжав в пятерне упругую Лерину ягодицу, вырубаюсь окончательно.

А среди ночи просыпаюсь в пустой кровати. В первый момент не понимаю, почему нахожусь в берлоге на Гвардейской. А Лера? Дети?

Лера! Ушла она, что ли?

Толком не проснувшись, скатываюсь с постели. Заглядываю в полутемную ванную и сортир.

Нет ее!

«Неужели ушла?» — шарахает по шарам.

«Фигушки, — отмахиваюсь я мысленно. — В квартире установлен «умный дом», он никого не выпустит без моего ведома».

«Где ты, жена?» — протираю спросонья глаза. Как сомнамбула перехожу из комнаты в комнату и натыкаюсь на Леру на кухне.

В шелковой рубашке жена стоит у окна и, обхватив себя руками, смотрит на ночной город. Панорама еще та. Я за вид отдельно приплачивал. Весь центр как на ладони. Театр, храмы и набережная.

Но сейчас меня красоты родного края волнуют меньше всего. Прищурившись, кошусь на силуэт, застывший в окошке. Прямая спина и гордо вздернутая голова заставляют насторожиться.

«Твою мать, и что теперь не так?» — мысленно задаюсь я вопросом. А вслух зову обалдело:

— Лер, ты чего тут в темноте делаешь?

— Ничего, — повернувшись, передергивает она плечами. В глазах стоят слезы, а губы тонкой полоской съезжают вниз.

Что за фигня происходит? Нормально ж все было!

— Ты чего? — делаю я шаг вперед. Прижав к себе, легонько приподнимаю большим пальцем подбородок. — По какому поводу слезы?

— Нам нужно развестись, — выдыхает Лера. Утыкается носом мне в грудь. И ревет белугой.

— Это еще почему? — рычу я ошарашенно. — Что я сделал не так?

— Ничего, — всхлипывает она печально. — Ты хороший. Очень.

— Тогда в чем дело? — свирепею я потихонечку.

— Мы тебе не подходим… То есть я… Тебе жена другая нужна…

— Так, — свободной рукой тру я лицо. — Кто это тебя надоумил? Или сама такая умная порешала?

— Тима, — поднимает она на меня глаза полные слез. — Мы совершенно разные. Тебе жена нужна другая. Как Аня Аркелиди…

— Да я вроде тебя выбрал, — цежу я изумленно и добавляю с сомнением в голосе: — Или у тебя кто-то другой есть? Так и скажи.

— У меня никого нет! — задыхается от возмущения Лера. И тут же кидается в бой. — А у тебя, Тимофей?

— Только ты, — пожимаю я плечами. Ответ и так понятен. — Я не сторонник по койкам прыгать.

— Правда? — охает изумленно жена и повторяет, будто не веря: — Это правда, Тима?

— Ну да, — бурчу я непонимающе. И тут до меня доходит. Если мне Нина нашептала гадостей, то Лере и подавно.

— Так, любовь моя, давай оденемся и поговорим. Мне надоело ребусы разгадывать, — роняю я порывисто. Сейчас бы сдержаться и не наорать. Иначе жена уйдет, а мне как быть без нее?

— Ты меня правда любишь? — снова переспрашивает Лера. Вот же непонятливая зараза.

— Конечно, — заявляю я уверенно. — Иначе б не женился на тебе…

— Я думала, ради дочек…

— Обалденная логика, дорогая. — Обхватив за плечи, прижимаю Леру к себе. Рука по инерции перемещается на затылок. Целую припухшие губы. Ласково и нежно, а затем не сдерживаясь, терзаю требовательно. Словно ставлю невидимые печати. Лера стонет, выгибается, но руки ложатся мне на плечи. Потом обвивают шею.