Книга ДНК для олигарха, страница 65 – Виктория Волкова

— Гайморит, наверное, — поправляет мать.

— Нет, — вздыхает Лиза. — Доктор сказал, вай-морит, мама…

Дочка бежит к столу. С любопытством заглядывает в тарелки, только-только выставленные Майком.

— Пирожочки мои! Пирожочки! — восклицает, всплескивая руками. И стащив один с блюда, спрашивает меня  ангельским голосочком. — Папа, а ты любишь пирожки?

— Конечно, малыш, — довольно разглядываю румяную сдобу в маленьких ручках. — Не так сильно, как ты. Но тоже люблю.

И пытаюсь припомнить, когда я в последний раз ел выпечку.

Все дурацкий ЗОЖ! Может, из-за него у меня стал портиться характер?

Помогаю малышке усесться за стол. Затем придвигаю стул ее матери. И сам довольный и счастливый сажусь рядом. Ворошу зелень в тарелке, а сам неожиданно думаю о пирожке.

Может сожрать?

Кристина косится на пиалку, до краев наполненную черной икрой, и не решается намазать себе бутер. Ну что за стеснительность, блин!

Демонстративно мажу маслом чуть поджаренный кусочек бородинского хлеба, а сверху кладу ложку икры.

— Скушай, солнышко, — предлагаю  жене.

— Это мне? — восклицает она удивленно и тут же добавляет поспешно. — Лизе нельзя. Аллергия.

«Какие мы нежные, — усмехаюсь мысленно. А сам во все глаза пялюсь на Кристину. Даже взгляда не могу отвести. Такая красивая, аж внутренности сводит.

Что-то не вяжется у меня в этой картине мира. Отцу всегда нравились разбитные бесстрашные бабы. Напористые и нахальные. Та же Инна, например. А эта тихая, как мышка. Ладно, разберемся. Главное, я — теперь законный муж. Все остальное — мура собачья!

— Нотариус застрял в пробке, — сообщает, входя в столовую, Жека.

— Пусть купит вертолет, — морщусь я.

«Но, может, это и к лучшему, — рассуждаю, решившись наконец съесть пирожок с мясом. — Инне хватит времени успокоиться».

Но что придет в голову этой дряни, я не могу предугадать. Лучше, конечно, подстраховаться.

Покончив с завтраком, провожаю семью в наши апартаменты. Лизавета тут же оккупирует террасу, а Кристина усаживается в кресло рядом. Что-то смотрит в телефоне…

— Кто там? С кем переписываешься? — спрашиваю, чувствуя прилив ревности и злости.

— Маме сообщаю наши новости, — бесхитростно признается жена, протягивая мне сотовый с открытым Телеграм.

Всматриваюсь в экран. И хмурюсь, не понимая.

— А почему она у тебя записана как Людмила Семеновна?

— В целях конспирации, — вздыхает Криста.

А я в недоумении пялюсь на только-только пришедший ответ.

— Спасибо.

И все? Ничего больше? Ни тебе поздравлений или обид, что не пригласили на свадьбу.

Одно жалкое «спасибо»! Серьезно?

— Это точно твоя мама? — спрашиваю удивленно.

— Ага, — кивает жена.

Пожимаю плечами. Спорить бессмысленно. Наверняка у жены с матерью плохие отношения. Но кто я такой, чтобы судить? В собственной семье гадюк хватает!

По переходной галерее быстро попадаю на половину отца. Именно тут обитают мачеха и сестрица. А нам с Ромкой была отдана вся правая часть дома. Вот только мой младший брат никогда здесь не жил. Заехал один раз в гости. Презрительно назвал папино любимой детище фазендой дона Педро и снова укатил на Лазурный берег.

С высоты третьего этажа лениво скольжу взглядом по гигантской хрустальной люстре, занимающей второй и третий этажи и даже днем освещающей холл. Выглядит  впечатляюще. Мой папа любил вселенский размах. Приглядевшись, замечаю, как к двери спешит кто-то из прислуги. Тренькает колокольчик. Открывается дверь, впуская в наш дурдом запыхавшегося нотариуса.