Книга ДНК для олигарха, страница 68 – Виктория Волкова

— Далеко идти?

— Примерно как к собачьей ферме, только в другую сторону, — машет рукой Матвей. И заметив, как в библиотеку стремительно входит Ангел, делает шаг ему навстречу.

— Слышишь, Шершнев, — заявляет он раздраженно. — Что происходит? Почему обделил мать и сестру?

— Облажался ты, Хер-рувим, — насмешливо цедит муж, делая ударение на первом слоге. — Ничего тебе не обломилось… Собирай манатки и проваливай.

— Ну, ты и козел, Шершнев, — мотает головой странный гость. — Аня подаст в суд и выиграет это дело. Тут же все шито белыми нитками…

— Отвали от моей сестры, сволочь, — рыкает Матвей, наступая. — Иначе…

— Да что ты мне сделаешь? — хмыкает Ангел, спасаясь бегством.

— Врезать бы ему, да руки марать неохота, — словно от боли морщится муж. И вернувшись ко мне, улыбается печально.

— Пойдем, Криста, — протягивает руку. И как только я поднимаюсь ему навстречу, решительно выводит из дома.

Дорога к местному кладбищу проходит через центр поселка. На первой линии стоят виллы, а на второй расположились гольф-клуб, теннисный корт. А вот за ними, на холме одним боком прижавшись к горам, стоит погост, обнесенный высоким забором.

Поднимаюсь по каменным ступенькам. Стараюсь запомнить каждый шаг, каждый поворот. Хочу сюда прийти одна, без свидетелей. Посидеть на могилке любимого мужчины. Поболтать. Пореветь.

Если вдуматься, я видела его только живым. На похоронах не была. Так и не успела проститься.

Сразу за оградой замечаю усыпальницы с колоннами и мраморными вазами.

— Впечатляющее зрелище, — киваю на фасад одного из склепов.

— Соседи чудят, — улыбаясь, Матвей машет в сторону склепов. — И тут умудрились устроить соревнование. У кого круче. Но я в этой гонке не участвую. У нас все скромно. Кладбище поделено на сектора, — объясняет мне по дороге. Ведет за руку куда-то вглубь. — Пять семей. Пять участков.  Наш самый дальний. Вот добьют, прикопаешь здесь, — усмехается криво.

Каждое слово бьет электрическим разрядом по нервам.

— Что? — охаю я. — Почему?

— На меня объявила охоту какая-то сволочь. Вычислю, зашибу.

— Вот и ищи, — бросаю в сердцах. Пережить еще одну гибель близкого человека… Нет! Не хочу!

Матвей мне нравится. Под мордой саблезубого тигра нет-нет, да промелькнет мордашка домашнего котенка. Доброго такого. Наивного.

— Найду, не беспокойся, — рыкает муж. — У меня теперь ты и Лиза. Просто обязан… Нам сюда, — тянет направо на боковую дорожку. И как только мы поворачиваем за угол, стонет недовольно.

— Накладочка вышла, блин!

— Может, разогнать? — тут же встревает в разговор  Жека. А Ник лишь ухмыляется весело. Дескать, всегда готов!

— Нет, — отрезает Матвей. — Люди пришли почтить память моего отца. Выразить семье уважение. Пусть постоят сколько надо. Мы подождем.

Вглядываюсь вперед и только сейчас замечаю небольшую группку, столпившуюся около высокого памятника.

— Наши служащие, — тихонько поясняет мне Матвей. Обдает жарким дыханием и пряным ароматом парфюма. Убирает волосы с моего лба и просит коротко. — Пойдем.

Еще два шага и мы оказываемся около такого же высокого памятника. На темно-бордовом граните белый барельеф.

Шершнев Роман Александрович.

— Это мой брат. Его убили в Ницце.

— Да, я знаю, — киваю медленно и добавляю поспешно. — Саша мне рассказывал.