Книга Его отец. Выжить после развода, страница 113 – Виктория Волкова

Все. Я не один. С Соней. Где она, там и мой дом.

— Ключи дай, и я смотаюсь, — говорю ближе к рассвету. — Туда и обратно, пока пробок нет.

— В сумке возьми, — свернувшись калачиком, кивает мой рыжий котенок на дверь гардеробной и засыпает, обняв подушку.

А меня пробирает от ревности. Моя женщина меня должна обнимать, а не какую-то ортопедическую хрень.

Быстро одеваюсь, беру ключи и выхожу. Спускаюсь на кухню в надежде перекусить и застаю там Адама, пьяного и злого.

На столе одиноко стоит почти пустая бутылка виски. Рядом закуска в тарелке.

— Ты всю ночь бухал, что ли? — спрашиваю изумленно. Как по мне, Нарейко далек от земных радостей. Мне его с женщиной трудно было представить, а пьяным — тем более.

— Допустим, — кивает он. — Да ты не боись, братик. Я к десяти как штык буду. Сейчас мне доктор капельницу поставит. Я выз ову.

— Ты вообще в себе? — достав из холодильника мясную нарезку, сооружаю себе бутерброд. Наливаю чай. Себе и Адаму. Сажусь напротив.

— Нет, — пьяно мотает он головой. — Пумба эта из меня всю душу вымотала. Люблю я ее…

— Прости, — приподнимаю бровь. — Я думал, ты мутишь с принцессой Сарматов.

— Так это она и есть, — горестно причитает Нарейко. — Домашнее прозвище. Тимон и Пумба. Близнецы.

— А по-русски? — усмехаюсь криво.

— Артем и Алена Сарматовы, — вздыхает Адам и добавляет яростно. — Я ее отпустить не могу. Сдохну просто. Ну и мать моя взъелась… Поэтому Алене лучше и безопаснее выйти за меня замуж.

— А она?

— В очередной раз отказала, зараза…

— Ладно, — на ходу жую бутер. Отхлебываю чай. — Мне ехать надо. Где твой гребаный врач? Может, я тебя к нему отвезу? Пока никто не видел, как тебя плющит.

— Да, поехали, — сокрушенно соглашается Адам. — Я ему с дороги позвоню. Предупрежу. До клиники ближе ехать, чем ко мне.

— Вот и славно, — помогаю встать брату. Словно раненого веду его вниз, на парковку. Усаживаю на пассажирское сиденье. А сам прыгаю за руль Гелендвагена.

«Права!» — екает в башке запоздалая здравая мысль. Мои еще не просрочены. Но должны быть с собой. А где они, бл. дь? Где? Я и не помню!

Придется матери звонить. Может, ей отдали?

— Ты только осторожно. Не гони, — бухтит Адам, когда я выезжаю из имения.

Хочется вдарить по газам и гнать, гнать по полупустой дороге до трассы.

— Боишься? — стебусь над пьяненьким Нарейко.

— Нет. Меня тошнит, Женя. Я как человек-аквариум…

— Надо меньше пить, — восклицаю глубокомысленно. — Адрес клиники хоть какой?

— Сейчас, — Адам достает из кармана телефон. Сумрачно вглядывается в экран. Тыкает кнопки, открывая какое-то приложение. Находит нужный адрес. — Навигатор, — цепляет на панель трубку. — Он тебя сразу выведет.

— Прикольно. Не знал даже, что такие появились…

— Будешь сейчас по-новой жизнь узнавать! — подняв палец, философски изрекает мой брат. И засыпает.

А я смотрю на адрес клиники и присвистываю от удивления. Это же рядом с моей Соней. В одном квартале.

Сдав Адама чуткому доктору, проезжаю чуть дальше. Торможу во дворе нового элитного комплекса.

«Соня, роднуля моя, — улыбаюсь довольно. — А ты в хорошем месте квартиру выбрала. Это не траты, моя дорогая. Это вложение!»

С трудом, правда, верится, что с одного кольца хватило на квартиру. Но Соня не может врать. Просто не умеет.