Книга Его отец. Выжить после развода, страница 93 – Виктория Волкова

— Хорошо, я постараюсь, — выговариваю с трудом. В голове зреет уйма вопросов. Как их не задать и не сойти с ума? Не представляю.

Закончив разговор, возвращаюсь к Дарье, играющей с медведем на нашей кровати.

— Миську нужно спать улёзить, — причитает она, качая маленького плюшевого медведя.

— А Дашу? — улыбаюсь я.

— Пойдем гуять? — поднимает на меня огромные карие глазища.

— После обеда мы поедем в гости, — объясняю ребенку, хотя сама ничего не понимаю.

Но после утреннего инцидента с куклой от Проскурина и змей жду любой пакости. И когда в домофон звонит Адам, выдыхаю.

— Бобер попросил, — начинает он с порога. Морщится. И до меня только сейчас доходит, как тяжело было Жене переступить через собственные принципы и убеждения. И попросить человека, которого ненавидишь всю жизнь.

— Да, он звонил, — киваю я и тут же получаю язвительный смешок.

— Он там на курорте?

— В больнице, — глотаю вязкий ком, перекрывший горло.

— Что произошло? — напрягается Адам. Куда-то прочь уходит ленивая расслабленность, уступая место настороженности.

— Не знаю. Он не говорит. Отшучивается, — пожимаю плечами.

— Если шутит, значит, нормально все, — улыбается Адам, тормозя у двери. — Сонь, собирайтесь. Ксения, вы тоже. Времени мало. Проскурин что-то затевает. Поэтому нам лучше убраться побыстрее. У меня вы точно будете в полной безопасности. Сдам вас Бобру, как он откинется… Выйдет, то есть, — поправляется Нарейко.

А я укладываю в сумку Дашкины вещички. Обвожу тоскливым взглядом свою студию. Только же обжилась! И опять куда-то переезжать…

Куда?

Вопрос рвется с языка. Женя ничего не говорил. Видимо, не хотел по телефону, или сам не знал. А спрашивать у Адама я стесняюсь. Видимо, отвезет нас к себе на квартиру или на дачу в пригород.

Но центр города сменяется окраиной, а затем позади остается МКАД. Тревожно оглядываюсь по сторонам.

— Куда мы едем, Адам Николаевич?

— Ко мне, — коротко бросает он, повернувшись с переднего пассажирского сиденья. Сзади не отстает его охрана. Рядом со мной сидит вздернутая как струна Ксения, а на руках спит сладким сном Дашка.

«Интересно, от чего мы сбежали? Что готовил Проскурин? Похищение? Только зачем ему чужой ребенок?» — думаю я, целуя малышку в лоб.

Сквозь сон дочка вертится, и я шепчу еле слышно.

— Шшшш… Спи, спи…

— У меня дом за городом, — улыбается мне Адам. — Там сейчас гостит мой племянник с матерью, — роняет он небрежно. — Детям будет веселее вместе. И я ответственно заявляю, Сонечка. Вы будете в полной безопасности. Муха не проскочит…

— Только танк, — еле слышно откликается Ксения и тут же отхватывает от Адама.

— Сейчас высажу. Будешь сама в город добираться, если такая умная.

Отвожу взгляд. Прикусываю губу. Выходит, Адам Нарейко не такой уж вежливый и правильный, как кажется на первый взгляд. Тоже делит людей на первый и второй сорт.

Противно.

— Тогда мы выйдем вместе с Ксенией, — заявляю твердо.

— Извините, — кивает Адам нам обеим и отворачивается недовольный. А Ксения лишь на мгновение сжимает мою руку чуть повыше локтя и тихо шепчет «Спасибо!».

Машина сворачивает с трассы, летит вдоль темнеющих вдоль дороги полей и въезжает на закрытую территорию. На КПП нас радостно приветствуют. А черный мерседес Адама мчит мимо ухоженных зеленых газонов, проезжает мимо поля для гольфа и тормозит около большого дома, похожего на усадьбу.