Книга Сопрано для Мафиози, страница 85 – Екатерина Ромеро, Кристен Хард

Святая Мария, спаси мое дитя, прошу тебя. Больше мне ничего не надо.

Я сбегаю, всеми возможными способами. Из этого ада, от него, от себя самой.

Если бы не крошечная жизнь у меня под сердцем, я бы не делала ничего, клянусь, я бы смирилась, но только не сейчас. Когда я несу ответственность за дитя от мафиози. От того, кто играл со мной, кто в итоге не простил, и я его не прощаю.

Я прячу волосы под длинным платком и переодеваюсь в новую одежду, которую вымениваю у одной женщины на вокзале. На оставшиеся деньги покупаю билет на поезд.

Больше у меня ничего нет, да и это неважно.

Я хочу спастись, от него. От моего Анжело, в котором уж точно нет ничего святого.

По правде, не знаю, как не схожу ума от страха. Ненужная, ничейная больше, брошенная жена.

Не оглядываться, не смотреть на охрану и просто на людей. Мне все время кажется, что Чезаре вот-вот меня схватят… и убьют.

Сама не знаю как, но мне везет. Я добираюсь на поезде в соседний город, а с него делаю еще одну пересадку. Я еду так далеко, пока мне хватает денег, вырученных из обручального кольца.

Под конец этого путешествия у меня начинает кружиться голова. Тело просит отдыха и я останавливаюсь в каком-то крошечном хостеле, где дырявые окна шепчут мне колыбели.

Сил нет, я не ела два дня, и меня жутко просто тошнит, потому я просто падаю на эту кровать и закрываю глаза.

Он ищет меня. Я это знаю. Не понимаю только, почему Анжело меня выбросил. За что. Мне казалось, все было хорошо. Я в чем-то провинилась? Я не так его любила, как он хотел, а может, я просто была недостаточно похожа на Элизу. Я ее не знала, и никогда не подражала ей.

Так кого в итоге любил Анжело Чезаре? Либо он одинаково ненавидит нас обоих. Не знаю. Ответов нет. Похоже, любил он все же Элизу, а я была просто подделкой, нелюбимым суррогатом и копией любимой для него.

Я бы простила ему его жестокость, месть, ненависть, но только не сейчас. Не так. Не тогда, когда он меня выбросил, не сказав лично и слова.

Утро наступает быстро. У меня теперь нет дома, денег и знакомых здесь. У меня нет даже телефона, хотя я и так бы не позвонила отцу, чтобы он забрал меня. Он уже отказался от своей дочери, своим бездействием он ясно дал понять, что я не в его приоритетах, а попросту, я ему не нужна.

Я теперь Чезаре, хотя никому не смею произнести этого. Я тень, нелюбимая никто, я его женщина. Женщина, которую Анжело просто выбросил, точно котенка. За ненадобностью, просто потому, что надоела, приелась, наигрался. Не полюбил.

А я наивная дура, думала, что у нас есть шанс. Крошечный и такой хрупкий, а потом он разбился. И осталась одна только боль.

У меня нет документов, и все что я умею — это петь, так что я пешком дохожу до ближайшего театра, и на коленях умоляю управляющего дать мне хоть какую-то партию за деньги.

Мне отказывают, ничейная тень без бумаг никому не нужна, и тогда я просто пою. Доказываю, что я могу петь за кулисами, на подпевке, хотя бы как-нибудь. И это работает. Меня берут. За копейки, тогда как еще не так давно я покоряла вершины театра Ламенто.

Без лица, без представлений, оплата за каждое выступление. У них новая прима, которую продвинул на сцену местный олигарх. У нее плохой голос, так что она будет просто открывать рот, пока я буду петь за нее за кулисами, но теперь я даже на такое согласна.