Книга Формула любви для ректора, страница 64 – Ханна Леншер

Он пожевал губу, оценивая риски. Но его желание выслужиться перед своими тайными покровителями пересилило инстинкт самосохранения.

— Хорошо, — кивнул он. — Я передам ваши условия главе… нашего комитета. Завтра вечером, после заката, я принесу вам все копии документов в секцию истории магии в библиотеке. Там нас никто не увидит. Но список имен я предоставлю только тогда, когда получу от вас готовые расчеты и вы поучаствуете во встрече. Согласны?

— Согласна, — коротко кивнула я, чувствуя, как внутри меня разворачивается тугая, опасная пружина. — Буду ждать вас завтра после заката.

Фэллон еще раз радостно подмигнул и, как заправский заговорщик, выскользнул за дверь.

Я осталась одна в пустой аудитории.

Ноги дрожали так сильно, что мне пришлось опуститься на стул за преподавательским столом. Я закрыла лицо руками.

Неожиданно для себя я ввязалась в политический заговор против Дамиана. Но если у меня окажутся доказательства, то я могу спасти и его, и академию. И я хотела это сделать, несмотря на то, что мы расстались.

Глава 20. Дамиан

Неделя без Лилиан Роузвейл больше всего напоминала затяжной марш-бросок через Дикий лес в сезон дождей. Холодно, бессмысленно и каждое мгновение ждешь удара в спину.

Я изолировался от нее. Не вмешивался в дела факультета чаротворчества, избегал ходить возле ее аудиторий и даже изменил маршрут утренних тренировок, чтобы случайно не пересечься с ней.

Мой внутренний дракон, лишенный своей пары, бушевал так, что мне приходилось перекидываться и улетать к штормовому морю, просто чтобы не разнести академию в щепки от переизбытка ярости и боли. Я выматывал себя полетами до изнеможения, возвращаясь под утро с обледеневшей чешуей, но даже холодные волны не могли смыть из памяти ее взгляд. С такими темпами я просто похищу ее, находясь в звериной ипостаси.

Все еще надеясь, что это ее дурацкая защитная реакция, я ждал, что она придет. Но потом вспоминал долбанного хорька Фэллона с его подарочной ленточкой, и ярость вспыхивала с новой силой. Гордость лорда Рейвенхарта отказывалась делить женщину.

Однако долго упиваться собственной сердечной драмой мне не позволили.

Враги, затаившиеся после провала министерской проверки Войссера, перешли в наступление.

Все началось с доклада Эйдана Тенебриса. Мы сидели в кабинете, и декан боевиков мрачно перечислял факты.

— Дамиан, это не случайности, — Эйдан скрестил руки на груди, смотря в окно. — За последние три дня на полигонах произошло четыре самопроизвольных отказа защитного контура. А до этого мишень взорвалась с мощностью, втрое превышающей номинал. Двое пятикурсников отделались легкими ожогами только потому, что я успел выставить щит. А сегодня утром кто-то нарушил калибровку накопителей маны в подвалах. Если бы мы этого не заметили, то через пару часов рвануло бы так, что снесло бы южное крыло. Это саботаж. Кто-то целенаправленно гадит.

— Кто-то хочет доказать, что академия под моим руководством превратилась в пороховую бочку, — процедил я, отбрасывая папку с отчетами. — Министерство получит рапорты о раненых студентах или разрушенных корпусах, и меня отдадут под трибунал не за растраты, а за преступную халатность, повлекшую угрозу жизням. Король не будет разбираться в нюансах. Идеально продумано.