Книга История одной измены, страница 73 – Николь Келлер

— Так, хватит, — с раздражением отставляю кружку в сторону, расплескивая напиток по подоконнику. — Мне плевать, что там остыло или нет у Шахмаева. У него своя жизнь, у нас с Викулей — своя. Он это ясно дал мне понять ещё три года назад! Так или иначе, мы никуда не поедем. Ты думаешь, дед нас отпустит?

— Да уж, у Борислава с Викулей особая любовь. Кстати, как она?

— Кашляет… Я уже не знаю, что делать…

— Держись. Если какая помощь нужна — звони. В любое время суток! Особенно, если понадобится разобраться с этим твоим Шахмаевым. Я сразу прилечу.

— В очередь, — мрачно усмехаюсь. — Папа первым будет. Если он узнает, кто отец его обожаемой внучки…

— И позавидует Денис мертвым, — заканчивает за меня друг. — Так, кажется, в России говорят.

Точнее не скажешь.

Я прощаюсь с Эмилем и отправляюсь в спальню. Переношу дочку к себе в кровать и дремлю, постоянно вздрагивая и просыпаясь от ее кашля.

А утром меня будит звонок отца.

— Как Викуля? — интересуется первым делом.

— Без изменений.

— Я так и думал. Мне посоветовали одного педиатра, принимает в «Семейной клинике». Я выбил для вас запись, прием через два часа. Собирайтесь, я пришлю за вами машину.

— Спасибо огромное, пап, — благодарю от души, спрыгивая с кровати и прямиком направляясь в ванную.

— Отзвонись после приема. Поправляйтесь!

Врач мне очень нравится: сначала детально и подробно расспрашивает меня, как протекала беременность, роды, развитие в первый год жизни малышки. Потом она скрупулезно осматривает Викулю.

— Ничего серьёзного. У вас действительно вирус. Сильный отек носа и начинающийся отит. Хрипов нет. Я немного скорректирую вам лечение, и через неделю малышка уже должна полностью поправиться.

Выхожу в коридор, падаю на скамейку и с облегчением выдыхаю, расцеловывая дочку в обе щеки. Дочка хихикает, забавно морща носик. Надеваю ей панамку и, подхватив на руки, двигаю в сторону выхода.

Но замираю прямо посередине, когда замечаю идущую навстречу семью.

— Сияна, — удивленно выдыхает Даша. Артур Маратович коротко кивает, пристально рассматривая затихшую дочку в моих руках. Даша тоже переключает свое внимание на нее и тихонько ахает. Ее приветственная улыбка тут же сползает с лица, а на нем застывает шок.

Они правильно провели параллели.

Да, у Викули мои светлые волосы и аккуратный носик. Но в остальном она похожа на своего отца: темные пронзительные глазки, пухленькие, четко очерченные губки и даже подбородок у нашей дочери, черт возьми, от Шахмаева!

Викуля с интересом разглядывает вымахавшего Булата в руках Артура Маратовича. Строит ему глазки, мило улыбается и прячет личико у меня на плече.

— Мама, мальчик, — лепечет, слегка коверкая слово.

— Да, доченька, мальчик. Булатик.

Твой двоюродный братик, — добавляю мысленно.

Даша делает шаг вперед. Улыбается сквозь слезы и осторожно касается пухлой ладошки.

— Боже… Как же она похожа на Дениса…

Молчу, сдерживая рвущиеся наружу эмоции. В груди все печет, сердце захлебывается в боли.

— Я в шоке, Сиян… Почему… За что ты так с ним?

Викуля чувствует нарастающее напряжение. С ее губ слетает улыбка, и дочка крепко прижимается ко мне, обвивая шею двумя ручонками. Дышу в ее волосики, пытаясь поймать равновесие.

— Даша, — выдыхает Артур, предупредительно качнув головой. — Они сами разберутся.