Книга Катастрофа для декана, страница 29 – Ханна Леншер

С тех пор мы стали не разлей вода и на общих лекциях всегда садились рядом.

Расписание сегодня получилось безжалостным, и после сдвоенной тактики я еле приволокла ноги в комнату. Рухнула на кровать прямо в куртке, мечтая только о том, чтобы умереть и не писать эссе по истории магических войн.

— Ирми! Ты жива? — раздался бодрый голос Мили. Она ввалилась в комнату, держа в руках толстенный фолиант «Травы гнилых болот и их влияние на пищеварение». От одного названия мне поплохело.

— Нет. Я пала смертью храбрых на полосе препятствий, — простонала я в подушку. — Тенебрис сегодня решил, что мы недостаточно испачкались, и заставил ползти по-пластунски под сеткой из пульсаров. Я ненавижу его так сильно, что это чувство скоро обретет физическую форму и откусит ему голову.

С соседней кровати донесся тихий смешок Вивиан. Она сидела, скрестив ноги, и пыталась сплести из потока воздуха крошечную фигурку птички.

— А Дариен? Разве он не вступился за тебя? — спросила Вивиан, выпуская птаху, которая смешно замахала прозрачными крылышками и растворилась в воздухе.

При упоминании Дариена я тяжело вздохнула и перевернулась на спину.

— Вступился. И заработал нам обоим дополнительные десять штрафных кругов. Дар, конечно, милый, но Тенебрис рядом с ним звереет в три раза быстрее.

— Еще бы, — хмыкнула Мильна, плюхаясь на свою кровать так, что пружины жалобно заскрипели. — Кому понравится, когда у него уводят студентку из-под носа? Декан ревнует свою добычу, Ирми. У драконов это в крови. Лютые собственники.

— Добыча?! — Я резко села на кровати, чувствуя, как щеки заливает предательский румянец. — Он декан! А я для него — невыносимая проблема, которую ему спихнул мой отец. Единственное, к чему он меня ревнует — это к своей спокойной жизни.

— Ну-ну, — многозначительно протянула Мильна, открывая свой фолиант. — Спокойная жизнь. Помнишь, как он посмотрел на Лоуренса, когда тот задержал тебя после лекции? Я думала, Тенебрис его огнем польет. Будь его воля и от нашего милашки-теоретика осталась бы только кучка пепла с запахом бергамота.

Вивиан тоже захихикала, скромно прикрывая рот ладошкой.

Я отмахнулась от них, хотя сердце предательски екнуло. В последнее время я ловила себя на мысли, что слишком часто засматриваюсь на широкие плечи Тенебриса, вместо того чтобы слушать приказы.

— Хватит обсуждать деканов! Давайте лучше раздобудем еды. — сменила тему я, прислушиваясь к жалобному урчанию живота. Ужин мы пропустили из-за отработок.

— Столовая уже закрыта, — тоскливо вздохнула Вивиан.

В глазах Мильны вспыхнул опасный огонек, который не сулил ничего хорошего правилам академии и нам.

— Я знаю, где находится кухня, — заговорщицким шепотом сообщила она, захлопывая книгу. — Там есть кладовые.

— Девочки, но это нарушение правил! — округлила глаза Вивиан. — А если магистр Тенебрис поймает? Нас накажут и отчислят!

— Не поймает, — спрыгнула с кровати я. Предчувствие мелкого хулиганства бодрило лучше любого зелья. — Если он еще не спит, то сидит в своем кабинете и строит коварные планы по моему унижению. Точно тебе говорю!

— Идемте! Вив, не трусь!

Через десять минут мы крались по темному коридору первого этажа. Хотя тем самым привлекали еще больше внимания. Я шла сразу за Мильной, чувствуя себя настоящей шпионкой в своей облегающей черной водолазке. Вивиан тряслась позади меня, бормоча заклинание невидимости. Которое, скорее всего, не работало.