Книга Рыжее (не)счастье императора, страница 18 – Светлана Томская

Ну Несси, ну удружила в первый же день. Лера не единственная взобралась на стул, в нашей части зала почти половина женщин продолжает верещать. Всё ясно, городские. Зато за длинными столами и парни и девушки давятся от смеха.

Кошку пора спасать. Две женщины направляются к нарушительнице, и на ладони одной из них уже разгорается огонь. Я бросаюсь вперед, понимая, что не успеваю. Но Несси уже на руках Коры, а Дэн держит причину паники за розовый хвост.

Крыса раскачивается в его руке. На мраморный пол падает капелька крови. А за моей спиной раздаётся страдальческий ох. Я поворачиваюсь, и вижу, как Лера, явно прицелившись оседает в обморок прямиком в объятия магистра Рэйнера.

Вот только край её роскошного платья случайно задевает соусник. Тёмное пятно расплывается по подолу. М-да, боюсь это происшествие мне ещё аукнется. Она, конечно, ещё не поняла, чья это кошка, но дело ближайшего времени. Такое шило, как моя Несси в мешке не утаишь. А значит, Лера мне этого не простит.

Кора переехала ко мне на второй день под видом служанки.

Оказалось, мне положена горничная, и чаще всего на эту работу брали детей стихийников. Почему-то слово канахи стало для меня неприятным после откровений Коры. И я предпочла называть неизвестных отцов моих соучеников по основному признаку магии.

Горничным со стороны надо платить, а ученикам из простых семей положено отрабатывать проживание и учебу. Они прислуживают по очереди на кухне, дежурят в аудиториях, готовя их к занятиям до, и разгребая результаты неудачных магических опытов после. Таким образом Академия экономит. Детей высших магов мало, и устроиться к ним считается везением.

Я привыкла сама себя обслуживать и хотела отказаться, но Кора безапелляционно заявила:

— Так я и не стремлюсь в прислуги. Мы же договорились держаться вместе, — она хитро сощурилась.

— Согласна, — вылетело у меня.

В отделе отработок, сухощавая девица быстро оформила Кору на должность. Никаких сложностей. И только Инспектор, попавшийся нам на выходе, картинно закатил глаза:

— Вас не переделать, госпожа Тея.

— Я что-то сделала непозволительное?

— Я сомневаюсь, что вы сможете держать положенную дистанцию с теми, кто должен вас обслуживать.

Прежде чем я открыла рот для оправданий, он продолжил:

— И не надо мне дерзить. Я помню, что вы это умеете, — и он удалился.

Я вроде и не собиралась. Кора отлепилась от стенки:

— Ух, я думала запретит. Ты ведь знаешь, что он теперь наш куратор?

— Как куратор?

— Первый курс нуждается в няньке. Поэтому нам положен куратор.

— Интересно. Он каждый год новичков курирует?

— Вроде да. Но нас точно.

Устроились мы по-королевски.

В таких покоях, как у меня, есть дополнительная комнатка без окон, но с относительными удобствами. Там кровать для горничной и за перегородкой крохотная уборная. Это одна из причин, по которой работа горничной считается престижной. Детей канахов… ой, стихийников селят по 4–6 человек в одной комнате.

Условия проживания в комнате прислуги я сразу же забраковала. Невозможно дружить, если один человек в роскоши, а другой ютится в каморке без света и воздуха.

На моей кровати можно спать хоть вдоль, хоть по диагонали. Можно даже пинаться во сне, в человека, лежащего на другом краю, не попадёшь. Кора возражать не стала.