Книга Не судите ведьму строго, страница 50 – Светлана Калинникова

— Это тебе, девочка.

Серьезные карие глаза смотрели с испугом и восторгом одновременно. Она приняла розу, буркнула спасибо.

— Как же тебя зовут?

— Лина. А ты — дядя Денис, да?

Для нее, пожалуй, и дядя. Мы взрослели, менялись, но всегда я дарил ей цветы. Это была наш секрет Полишинеля, наш ритуал, только наше на двоих понимание.

А потом, когда девочка стала очень хорошенькой девушкой, я совершил подлость. Я предложил ей переспать прямо на праздновании ее Дня рождения. Праздник юности был испорчен, я помню ее распахнутые глаза и слова: «Ты обратился не по адресу». А мне хотелось подразнить ее, пошутить над романтичностью влюбленной в меня девочки, но получилось жестоко и цинично.

Пока Янина говорила с мамой, я подошел к Лине. Она стояла около клумбы с бархатными георгинами и какими-то еще мелкими желтыми цветами.

— Ты снова не осмеливаешься сорвать цветок?

Она даже не обернулась.

— Привет! Мне просто его жалко.

Я усмехнулся и сорвал пушистую коробку ярко-красного цвета.

— Мне не жалко. Он, может, для этого и цвел. Для славной нежной девушки. Для тебя.

Лина обернулась, она с улыбкой приняла цветок и лукаво посмотрела на меня, а потом улыбка сошла с ее лица, потому что к нам подошла Янина.

— Здравствуйте! — вскользь бросила она Лине и тут же взяла меня под руку, — Денис, я объяснила твое маме, что нам надо уехать пораньше.

Я познакомил их. Лина после этого вежливо попрощалась. Георгин в ее руке горел огнем и обжигал мои глаза.

— Кто она? — спросила жена.

— Девочка, которую я знаю с детства.

— У вас с ней что-то было?

— Она моложе меня на десять лет, я видел ее играющей в песочнице и в перепачканном от варенья платье. Я на тот момент учился в десятом классе. Как ты думаешь, что у нас с ней было?

— Что ты разошелся, Денис? Не было и не было. Не нервничай, дорогой. Я просто устала, вот и сказала глупость.

Глупостью был наш брак, который продлился четыре года. Я снова изменил. Янина не осталась в долгу, но в отличие от меня ее адюльтер имел продолжение — она стала женой московского предпринимателя. Я не оправдал ее надежд в материальном отношении и в стремлении жить в Москве. Меня не устраивало, что она даже не пробовала наладить отношения с моей дочкой. Любая встреча с Леной воспринималась ею со снисходительностью и неизменным прозвищем «бесеныш», потому что никакой привязанности к детям она не испытывала.

Время бежало, принося с собой и плохое, и хорошее, смешивая лица, события, ощущения. Ушли из жизни Линины родители. К счастью, они увидели успех дочери, которая стала судьей. Я и мама пережили несколько лет борьбы с онкологическим заболеванием отца. Судьба к нему благосклонна, несколько лет ремиссии дают нам надежду.

Леночка выросла, стала студенткой иняза МГУ и осела в Москве. Катя уже много лет была в браке и стала мамой еще двух сыновей. Мы отлично общались в том, что касалось Лены. И сейчас я понимаю, что главной проблемой моего с ней брака, как впрочем, и последующего, была нелюбовь.

С Линой после смерти ее родителей мы стали очень дружны. Ей была нужно поддержка, мои родители и я оказали ее. Я шутливо предлагал ей замуж, она смеялась и всегда отказывала. Лина всегда отбивалась, что мои женщины ей этого не простят.

Я уверенно продвигался по службе и последние пять лет занимал должность уполномоченного по вопросам магии.