Книга Крушение идеалов. Книга 2, страница 20 – Галина Голицына

Положение спас главный повар. Он решил организовать завтрак немного раньше, чем было намечено. Разбуженная недовольная публика потянулась к накрытым столам, и настроение стало улучшаться. А прекрасное вино из погребов герцога вообще примирило недавних противников.

Завтрак затянулся и плавно перешел в обед. Поварята едва успевали подносить свежие порции пирогов, колбас и прочей снеди. Гости не желали покидать обеденную зону. Им тут очень нравилось. Это и понятно: у мужчин здесь шли свои беседы, у матрон тоже были свои разговоры, а молодежь обоих полов постреливала глазками во всех направлениях. Кавалеры при свете дня могли получше рассмотреть барышень и выбрать, за кем ухаживать. Барышни тоже не упускали случая рассмотреть кавалеров и помечтать, кто из них будет приглашать их на танцевальном вечере.

Начало бала было намечено на послеобеденное время, ближе к закату. Танцы должны были продолжаться до наступления темноты, а после был обещан фейерверк – небывалое развлечение, которого еще никто не видел, но разговоров было много.

Во время бала Рубентий Элим не сводил глаз со входа в бальный зал. Это было просто: он восседал в богато отделанном кресле, практически на троне, находившемся на специальном возвышении как раз напротив входных дверей. Не танцевал, ни с кем не общался, даже не спускался с помоста. Просто присутствовал. Отмечал для себя, что съехались, пожалуй, все девушки княжества и даже молодые вдовы – в надежде встретить свою судьбу. Но он ждал появления самой желанной гостьи. Однако в какой-то момент понял, что она так и не появится. Значит, просто проигнорировала приглашение. Бал сразу потерял для него всю привлекательность. Но уйти было невозможно: как-никак, прием устроен в его честь.

Тихо, со спины, подошел Мелет:

— Элим, перестань прожигать взглядом дверь и сжимать челюсти. У тебя такой вид, будто ты сейчас поубиваешь всех присутствующих. Не надо портить людям праздник.

— Я ничего не порчу, я даже никого не трогаю, – процедил тот сквозь зубы.

— Я понимаю, что тебя гложет. Да, не приехала. Но хочу напомнить: Регина очень стеснена в средствах, а сборы на бал – дорогое удовольствие. Может, она боялась выглядеть бедно на фоне других разодетых дам.

— Нет, дело не в нарядах, а в том, что она не хочет меня видеть. И вообще-то даже не обязана приезжать по моему приглашению. Я больше не ее сеньор, я ей вообще никто. Бывший бродяга, которого она приютила по доброте сердечной, а я ее так обидел! – с горечью ответил Элим.

Несколько раз среди танцующих пар мелькало знакомое лицо. Долго рылся в памяти, но потом вспомнил: эта девушка приезжала зимой в Хион. Они с Региной – подруги. И даже имя припомнил: Магда, кажется. Надо с ней обязательно пообщаться!

В конце вечера распорядитель бала, остановив музыку, громко объявил, что танцевальная часть окончена. Теперь он просит почтеннейшую публику выйти на придворцовую лужайку, дабы лицезреть небывалое развлечение: летящие огни, взрывающиеся в небе огненными брызгами. Публика, оживленно переговариваясь, поспешила к выходу.

Магда, на свою беду, обернулась в ту сторону, где сидел мрачный герцог. Тот, поймав ее взгляд, молча поманил к себе пальцем. Пришлось подойти к помосту. А куда деваться? Присела в реверансе, не поднимая глаз.