Книга Королева Вечности, страница 167 – Л. Дж. Эндрюс

Я, ошеломленная этой исповедью, слегка раскрыла рот.

— Ты бы… взял на воспитание Эрика?

Стиг прочистил горло.

— В этом состоял мой план.

Хоть воин не желал говорить даже самому себе, но я прекрасно видела, что это был не просто план. В нем таилась надежда.

— Говоря о том, как трудно смотреть в лицо битве, я уверяю тебя, что понимаю. – Стиг опустил подбородок. – Во время Великой войны было сложно воспринимать Эрика как врага. Полагаю, мне всегда казалось, что он в какой-то мере стал моим. Тебе известно, что у меня нет детей, но мне однажды подумалось, что у меня почти появился один.

— Это правда, воин?

От внезапно раздавшегося голоса сердце подскочило к горлу. Эрик, облаченный во все черное, с пристегнутыми к телу клинками, похожий больше на прекрасного злодея, готового к кровопролитной войне, заполнил дверной проем маленькой комнаты. Он не сводил пристального взгляда со Стига.

— Почему тебя так удивили мои слова, Эрик? – спросил Стиг, понизив голос. – Я уже говорил тебе об этом, когда ты был маленьким.

На полвздоха Эрик посмотрел на меня, затем перевел глаза на доски пола.

— Чтобы успокоить меня, когда я не мог заснуть.

— Боюсь, у меня не хватает таланта лгать детям. Все разговоры о совместных будущих приключениях, о месте для тебя в моем доме были правдой. – Стиг, стремительно преодолев комнату, схватил Эрика за плечо, заставив короля застыть и сжать руки в кулаки. – В день убийства твоего отца я не хотел прощаться с тобой, я мечтал, чтобы ты остался. Но мне не дает покоя мысль о том, что у судьбы всегда был приготовлен для тебя определенный план и что все сложилось именно так, как должно было сложиться.

Стиг с нежностью окинул меня взглядом, после чего еще раз хлопнул Эрика по плечу и скрылся в коридоре, оставив нас наедине.

Эрик растерянно моргнул и пошатнулся, слегка растерявшись от услышанного откровения. Я осторожно обняла его за талию, пока багровые глаза не встретились с моими.

— Змей.

Прочистив горло, он произнес:

— Певчая птичка.

— Ты всегда принадлежал мне, – прошептала я. – Правильнее сказать, ты всегда принадлежал нам, даже не догадываясь об этом. Ты не одинок, Эрик Бладсингер, и никогда таким не был.

Эрик впился в меня поцелуем, превратившимся за один вдох из нежного в неистовый, словно слова, которых он не мог найти для объяснения, выплеснулись в его прикосновениях, языке, теле, прижатом к моему.

Моя спина ударилась о стену. Его властные руки прошлись по ребрам и коснулись груди, вынудив меня застонать в поцелуе.

Задыхаясь, я отстранилась от него настолько, чтобы беспрепятственно заговорить.

— Нам ведь еще рано встречаться, верно?

В солнечных лучах сверкнули ровные зубы Эрика.

— По крайней мере, не раньше, чем через час, Певчая птичка.

— Прекрасно. – Вероятно, виной всему стала надвигающаяся битва, возможно, неопределенность завтрашнего дня, но в каждом мгновении, которое я могла украсть у Короля Вечности, сквозило безысходное отчаяние.

Как только мы начнем противостоять Ларссону, наше уединение станет невозможным, и мне не хотелось упускать ни единого мгновения. Взяв за руку, Эрик повел меня из дворца в личные морские пещеры, расположенные чуть ниже садов.

Эрик развернул меня, прижав спиной к мягкому камню, но прежде чем успел сделать еще одно движение, я провела пальцами по его возбуждению.