Книга Зачарованная река, страница 141 – Ребекка Росс

Уставшая, целительница приготовила новую мазь и зашла с ней в спальню. Торин спал, слегка приоткрыв рот; его длинные ноги почти свисали с кровати.

На нем не было рубашки, и его грудь поднималась и опускалась от глубоких размеренных вдохов, но Сидра знала, что он скоро проснется. Она вытащила восемь иголок лунного чертополоха из его рук и лица; ему будут сниться кошмары, несмотря на крепкий снотворный настой, который она дала ему пару часов назад.

Он казался таким уязвимым, таким юным. Сидра задумалась, стали бы они друзьями, если бы их пути пересеклись много лет назад, но потом решила, что, скорее всего, нет.

Девушка тихо присела рядом и откинула льняную ткань, покрывавшую его раны, а затем нанесла на них новую мазь. Почувствовав холодный след магии на его коже, она выместила свое раздражение на свежем куске льна, который разорвала на полосы. Закончив, Сидра заметила, что порез на предплечье быстро пропитал ткань кровью: рана не заживала, а становилась все хуже. И целительница ощутила первый приступ страха.

«Чего же мне не хватает?»

Именно тогда Сидра полностью осознала правду. Она не знала, сможет ли исцелить Торина. Ее вера все еще была каким-то странным разбитым зеркалом в груди, осколки которого, острые и зазубренные, беспорядочно отражали годы ее жизни.

Целительница закрыла лицо руками, дыхание сбилось. Она чувствовала запах бесчисленных трав на своих ладонях, секретами которых умело пользовалась, и позволила правде захлестывать ее до тех пор, пока ей не показалось, что она тонет в собственной коже.

«Я не знаю, как его исцелить».

Дождь продолжал лить, а Сидра оставалась у постели Торина. В конце концов она потянулась за деревянной статуэткой Леди Вереск из Полевых Цветов, оставленной Мэйзи у кровати несколько дней назад. Сидра до сих пор к ней не прикасалась, но сейчас взяла ее и провела пальцами по длинным волосам духа, по цветам, распустившимся на ее пальцах, по необыкновенным чертам ее прекрасного лица.

Как было бы легко, если бы вера была чем-то осязаемым, как фигурка, – чем-то таким, что можно держать в руках, рассматривая детали и то, как они составляют целое. И все же… разве земля не доказывала ей свою верность год за годом? Скажем, зимой, когда она впадала в спячку, Сидра знала, что цветы, трава и плоды вернутся весной.

Даже удерживая в сердце эти воспоминания, целительница не могла прошептать ни одной молитвы. Казалось, в ней не было ничего, кроме пустоты и усталости, и Сидра поставила статуэтку обратно, лишь на мгновение закрыв глаза.

Она дремала, сидя на кровати, когда собака громко залаяла.

Сидра подскочила, миска с мазью с грохотом упала на пол. Торин не просыпался, не обращая внимания на предупреждение собаки. Пес Йирр оставался на переднем дворе с тех пор, как Торин привел его в дом.

Сидра услышала, как он снова предупреждающе залаял.

Она вдруг пожалела, что отослала стражников Торина. Несколько человек крутились в гостиной и во дворе, обеспокоенные судьбой капитана. Сидра видела страх и унижение на лице Торина – он хотел, чтобы все ушли, не желал, чтобы его видели таким.

Поэтому Сидра отправила их обратно в Слоун и теперь жалела, что не оставила хотя бы одного.

Йирр продолжал лаять, и Сидра вошла в гостиную. День клонился к вечеру, и становилось темно, но она увидела, как на столе блеснул разделочный нож, и взяла его, прежде чем подойти к двери.