Книга Зачарованная река, страница 150 – Ребекка Росс

«Я должна исцелить себя. Я пойду к Грэму», – подумала девушка, закрывая дверь и направляясь к холму между их участками. Йирр послушно следовал за ней. «Грэм сможет отвлечь меня своими рассказами о Большой земле».

Целительница остановилась в зарослях вереска, ее сердце бешено колотилось.

Здесь ее вера впервые пошатнулась. Это было то самое место, где на нее напали и где она узнала о коварстве этого мира. В тот миг она услышала в своем сознании любимый голос, словно его донес ветер. Ее бабушка обращалась к ней: «Иди туда, где зародилась твоя вера».

Некоторое время Сидра стояла под дождем, пока тот не смыл ее слезы, и все же она не пошла к Грэму, хотя это был самый легкий путь. Она тосковала по своей бабушке и, развернувшись, пошла вместе с Йирром на юг, в туманную долину.

* * *

Адайра ждала на заброшенной северной дороге, ведущей на Запад. Старый дорожный указатель обветшал и посерел, но все еще стоял, несмотря на века забвения. Сквозь утрамбованную землю проросли сорняки высотой по пояс, обозначая границу клана колючими стеблями и желтыми цветами.

Вокруг простирался Приграничный Лес, предоставляя Адайре лишь слабый обзор земель клана Бреккан. С того места, где она стояла, все выглядело так же, как и на Востоке: густые заросли сосен, можжевельника, дубов и рябины, устланные ковром из папоротника. Она задумалась, каково это – ступить на территорию своего врага? Действительно ли ее примут радушно или Морэй просто дурачит ее?

От него по-прежнему не было вестей, и наследница могла лишь предположить, что его мать узнала о набеге и прочла письмо, наткнувшись на ультиматум Адайры.

Странно, насколько услужливой была лэрд Запада. Иннес никогда раньше так себя не вела. Она всегда позволяла набегам продолжаться, не пытаясь прервать цикл насилия и воровства.

«Но что бы я сама сделала, если бы мой клан голодал зимой?– спрашивала себя Адайра, не сводя глаз с поросшей сорняком западной дороги. – Что бы ты сделала, если бы твой народ жаждал крови, а дети напоминали скелетов с наступлением холодов?»

Адайра не была уверена, но она бы точно не стала красть девочек из клана, который их кормил.

Наследница не знала, что бы посоветовал ей Торин, но Джек оставался непреклонен в этом вопросе: Адайре лучше не упоминать о пропавших девочках.

— Если Иннес знает об этом, – сказал Джек утром, – значит, она соучастница, а не союзница нам, какой бы любезной она ни казалась. Будет лучше получить подтверждение другим путем и забрать девочек неожиданно.

Например, устроив облаву.

Адайра чуть не рассмеялась, представив, как Тамерлейны тайно переправляются на Запад, чтобы забрать своих детей. Но эта мысль была настолько пьянящей, что преследовала ее ночью.

Она чувствовала, что совет Джека был здравым, и пусть даже ей хотелось поддаться эмоциям, она знала, что должна быть терпеливой и мудрой. Прежде всего, она не хотела, чтобы девочки пострадали или были перевезены в другое место. Наследница должна была сохранять видимость неведения.

Адайра все ждала; они прибыли слишком рано. Джек и Торин стояли позади нее на дороге, а десять стражников разместились в лесу в пределах видимости. Она не ожидала стычки, впрочем, как и не ожидала набега среди лета.

Пот струился по ее спине: в лесу было тепло, а ветер в этот день был тихим.