Книга Песнь Перна, страница 111 – Энн Маккефри

Олдайв пристально взглянул на девочку, словно желая угадать причину ее колебаний, потом протянул руку ладонью вверх. Повинуясь его невозмутимому взору, она подала ему искалеченную кисть. К ее удивлению, выражение лица лекаря осталось прежним – на нем не было ни осуждения, ни жалости, всего лишь интерес специалиста, который встретился со сложным случаем. Бормоча себе под нос, он принялся ощупывать грубый рубец.

— Сожми пальцы в кулак.

Это ей почти удалось, но, когда лекарь велел вытянуть пальцы, шрам не позволил распрямить их до конца.

— Все вовсе не так уж плохо, как мне расписали. Наверное, рана воспалилась?

— Это все слизь голована…

— Вот оно что… Да, это штука вредная. – Он еще раз согнул ее кисть. – Но я вижу, рана не так уж давно зарубцевалась, ткани еще можно подрастянуть. Еще несколько месяцев, и дело могло обернуться плохо – было бы слишком поздно. Значит, будешь делать упражнения – сжимать в ладони твердый шарик, который я тебе дам, и растягивать пальцы.

Он показал как, с силой выпрямив и разведя ее пальцы. Менолли невольно вскрикнула.

— Если во время упражнения будешь чувствовать боль, знай: дело идет на лад. Наша цель – растянуть загрубевшую кожу, ткани между пальцами и сжавшиеся сухожилия. Еще я дам тебе мазь – будешь хорошенько втирать в шрам, чтобы он стал более мягким и податливым. Конечный результат будет зависеть только от твоего усердия. Впрочем, я надеюсь, что подгонять тебя не потребуется.

Не успела Менолли пробормотать слова благодарности, как этот удивительный человек уже вышел из комнаты и прикрыл за собой дверь. Красотка издала непонятный звук – нечто среднее между насмешливым чириканьем и одобрительным воркованием. Во время осмотра маленькая королева покинула свой пост на плече у Менолли и бдительно наблюдала за процедурой, зарывшись в меховое покрывало. Теперь она подошла к хозяйке и потерлась головой о ее руку.

Из окон зала, где занимались школяры, с новой силой грянули юношеские голоса. Красотка склонила голову набок и замурлыкала в тон; когда же Менолли шикнула на нее, ящерица недоуменно покосилась на девочку.

— Нам пока лучше помолчать, но ты права: хор действительно звучит превосходно.

Менолли уселась у окна, поглаживая Красотку и наслаждаясь пением. «До чего слаженно звучат голоса, – думала девочка, – чувствуется отличная выучка и долгие часы репетиций».

— А ты их здорово взбодрила, – стремительно входя в комнату, объявила Сильвина. – Приятно в кое-то веки услышать это старье, исполненное с должным воодушевлением.

Менолли не успела выразить недоумение по поводу странного замечания Сильвины, потому что хозяйка сунула ей в руки узелок с ее вещами, а сама принялась аккуратно скатывать спальное покрывало.

— Сейчас мы отправимся к Данке и поселим тебя у нее в домике, – как ни в чем не бывало продолжала Сильвина. – Тебе повезло – комната с окнами наружу как раз свободна… – Она пренебрежительно сморщила нос. – Девицы из холдов не выносят наружных комнат, но к тебе это не относится. – Сильвина улыбнулась. – Олдайв сказал, чтобы ты не особенно разгуливала, но придется все-таки немножко пройтись. Кстати, ты же в хоровой группе – вот и еще один прекрасный повод поселить тебя у Данки.

Сильвина нахмурилась и уставилась на маленький узелок в руках у Менолли.