Книга Песнь Перна, страница 66 – Энн Маккефри

В голосе его звучало растущее раздражение – его, морского холдера, как будто и не собираются ставить в известность!

— Пещера, которую мы с Алеми заметили на берегу, близ Драконьих камней, – ответил Эльгион, стараясь найти верный ход. Потом обратился к Т’геллану: – Алеми и есть тот рыбак, который видел файров у Драконьих камней прошлой весной. А два-три дня назад мы с ним плавали на лодке вдоль берега и заметили пещеру. Я думаю, как раз там и могут оказаться яйца файров.

— Что ж, арфист Эльгион, поскольку ты теперь дома, в полной безопасности, я тебя покидаю.

Т’геллану не терпелось поскорее оседлать Монарт’а и заглянуть в пещеру.

— Дай нам знать, если что-нибудь найдешь! – крикнул вслед Эльгион, но бронзовый всадник только махнул рукой на прощание и вскочил на шею дракона.

— Мы даже не пригласили его к столу в благодарность за хлопоты, – проворчал Янус, которого несколько встревожил и даже расстроил поспешный отлет всадника.

— Он только что поел, – ответил Эльгион, следя, как бронзовый дракон поднимается все выше над освещенными заходящим солнцем водами гавани.

— Что-то рановато.

— Ведь он сражался с Нитями. А потом, он командир крыла, ему надо возвращаться в Вейр.

Кажется, его слова убедили Януса.

Через миг дракон со всадником внезапно исчезли, вызвав у толпы единодушный вздох изумления и восторга. Поймав взгляд Алеми, арфист с трудом скрыл улыбку: потом они вместе посмеются над его хитрой выдумкой. Только не перехитрил ли он сам себя? А вдруг Т’геллан и вправду найдет в пещере яйца файра… или таинственного музыканта?

— Арфист Эльгион, – сурово произнес Янус и, сделав остальным знак оставить их наедине, направился к дверям холда, – арфист Эльгион, я был бы рад услышать от тебя хоть какие-то объяснения.

— Разумеется, правитель. Мой прямой долг – доложить тебе о событиях, свидетелем которых я стал в Вейре, – ответил Эльгион, почтительно следуя за Янусом.

Теперь он знает, как вести себя с холдером Морского. Больше не придется прибегать ни к уловкам, ни к обману.

Менолли проснулась. Вокруг было тихо и темно, только у самого уха кто-то уютно мурлыкал. Она сразу поняла: это Красотка, но со сна не могла взять в толк, почему от нее тепло, как от печки. Девочка пошевелилась и тут же почувствовала свои ноги – огромные, тяжелые, они нестерпимо болели.

Наверное, она невольно застонала, потому что рядом послышались шаги, и в углу зажегся неяркий огонек светильника.

— Ну, как дела? Ноги болят?

Теплое тельце, согревавшее Менолли, мгновенно исчезло. «Умница Красотка», – подумала девочка, не успев испугаться, что ее королеву могли заметить.

Кто-то, склонившись над постелью, поправил меховое покрывало, Менолли ощутила ласковое прикосновение рук и слабый запах лекарственных трав.

— Совсем немножко, – солгала Менолли.

На самом деле кровь в ногах стучала с такой силой, что она испугалась, как бы женщина не услышала. Голос ее звучал так мягко, а руки были такие ласковые, что девочка едва не расплакалась.

— Ты, должно быть, проголодалась. Мудрено ли – проспать целый день!

— Так долго?