Книга Первый сезон, страница 42 – Елена Крыжановская

Утром снова пришел комендант. Но теперь не сиял. Весь гарнизон уже знал о случае в камере "прочих", и за спиной коменданта солдаты посмеивались в кулак.

— Построиться! Лицом к стене. Руки на стену!

Дик единственный встал наоборот, непринужденно прислонясь спиной к стенке и скрестив руки на груди.

Комендант, забыв обо всех, как пес за добычей, сразу устремился к нему.

— С добрым утром, отребье! А вот этого я хочу поприветствовать лично… — комендант взял у одного из сопровождающих хлыст.

Август вышел из шеренги и решительно протянул руку, закрывая Дика.

— Пожалуйста, не трогайте мальчика. Лучше ударьте меня вместо него.

— Ты тоже свое получишь, — пообещал комендант сквозь зубы. На его нижней губе виднелся темный след. Дик спокойно отвел руку старика-бродяги:

— Благодарю. Но не нуждаюсь в заступничестве, Август. Это вы все нуждаетесь в помощи. Что стало с людьми, что они позволяют обращаться с собой как со скотом?! Ладно, если бы всех так угнетала тяжесть совершенных преступлений, но здесь многие не считают себя виновными! Что же вы по своей воле терпите таких, как этот… — Дик кивнул на коменданта.

— У арестантов нет выбора. Здесь единственная воля — моя! — заявил тот, поглаживая хлыст.

— В таком случае, нас здесь двое, — улыбнулся Дик. — Оставьте их. Они и так полностью покорны. Могли бы каждое утро приветствовать за всех только меня. Вам же так интереснее?

Комендант оглянулся, словно не веря своим ушам.

— За всех в этой камере? — переспросил он.

— Нет, за ВСЕХ. Сколько у вас здесь содержится людей?

— На всех этажах? — шепотом уточнил комендант, уже не разыгрывая изумление, а не в силах его сдержать.

— Да. Почему бы не отказаться от своего глупого развлечения, если предлагаю вам лучше!

Минутку комендант ошалело переваривал услышанное. Потом ткнул хлыстом в сторону Дика:

— Взять его! Такое обсуждают не здесь.

Когда дверь за всеми четверыми закрылась, заключенные растерянно переглянулись. С утра ни разу не щелкнул бич, а комендант вообще забыл о проверке! Невероятно.

— Бедный мальчик, — вздохнул лавочник, и все удивились, ведь до сих пор этот господин с отребьем не разговаривал. — Что с ним будет?

— Бедный господин комендант и остальные, кто встретится с нашим рыцарем! — уверенно хмыкнул Хаттон. Его окружение одобрительно закивало, но без обычных насмешек.

— Думаете, мы его ещё увидим? — хмуро спросил Филин, обращаясь в первую очередь к Августу. Тот сокрушенно молчал, не зная ответа.

А Дик уже стоял на пороге кабинета начальника тюрьмы. Комендант зашел первым, переговорил с начальником без свидетелей, а теперь с хитрой многообещающей физиономией появился в дверях и сделал приглашающий жест. Стражники втащили бунтаря в кабинет. Там стоял такой же массивный дубовый стол подковой, с позолоченными львиными лапами, как внизу. И начальник так похож на начальника полицейского участка, что Дик сразу решил: они близкие родственники.

— Что же это получается, рыцарь! — Голос, круглое лицо и внушительное брюшко начальника создавали образ доброго дядюшки. — Вы нарушили закон и очутились в тюрьме, но и здесь вы вовсе не исправляетесь! Поднимаете бунт, срываете утренние проверки… Вы сломали зуб коменданту крепости, разве так можно?

— Полагаю, он сломал мне не одно ребро, мы в расчете, — ответил Дик. — Дальше.