Книга Сбой реальности. Книга 3, страница 30 – Михаил Юрьевич Попов

Так враги и застыли, ледяным изваянием. Один готовится бросить гранату, второй целится в Виктора на крыше здания, другой, обходя сбоку, шел к укрытию друга. И если с тем топ-игроком нужно было еще повоевать, то этим хватит и того, что я продемонстрировал. Из ледяной клетки никому из них выбраться уже не суждено.

Я обернулся к своим, с кем был на передовой. Виктор цел, Илья тоже. Прорицание подсказало, что если я не предприму что-то немедленно, в старика прилетит дрон. Вихрь, прыжок, волна. На подлете к ничего не подозревающему мужчине дрон распался надвое и облетел обломками его тело с двух сторон. Но мужчина все равно подогнулся, припал на колено, а вскоре и вовсе стал заваливаться на бок. Его лицо исказилось болью, которую я смог увидеть, в два прыжка достигнув его точки с турелью.

Его посекло осколками. Невозможно рассчитать такую траекторию идеально. Оценив повреждения, я хладнокровно поднял почти ничего не весящее для меня тело и смахнул с крыши на землю, забегая в общежитие. Там ждала наша медик, как в игре, так и здесь.

— Юль, срочно! Обломки. — постарался я держать тон в рамках приличия, чтобы не нагнать дополнительной жути. Вот уж испытание для девчонки.

На удивление, она уверенно указала мне, куда положить раненного и стонущего Виктора и принялась хлопотать о том, как ему помочь. Меня беспокоил вопрос, почему затушив основную атаку дроны продолжают атаковать базу. Значит ли это, что еще не все? Вероятно.

В комнату ворвался Илья.

— Майк, не тупи, зелье! — крикнул он мне, заметив, как я внес пострадавшего. А я, в горячке боя, все никак не мог привыкнуть, что два мира для меня все больше теряют четкую грань, разделяющую их. Ну сложно человеческому разуму это воспринимать как данность. Выпав из прострации после сражения, раскрыл инвентарь, вытащил сразу всю пачку бутылочек с красным содержимым и раздал друзьям.

— Сначала осколки, иначе затянется рана вместе с ними. Нельзя этого допустить. — убрала мою руку девушка, занимаясь рваной раной на правом боку мужчины, которая выглядела прескверно.

Мелкое крошево из тазобедренной кости, порванных тканей глубже жировых отложений, и торчащие из плоти куски хромированных деталей корпуса неаккуратно разрезанного дрона.

— Справишься? — уточнил я, готовясь к тому, что это не конец.

— Конечно, идите. — кивнула девушка, все поняв по нашим с другом лицам без слов.

ВЗРЫВ!

Оглушительный, закладывающий уши, дезориентирующий. Все трое мы дернулись от испуга, один лишь Виктор не отреагировал. У старика и своих проблем хватает.

— По дыре в заборе лезут, Майкл! Лес! — тормошит меня друг, ожидая действий.

Ждать меня не пришлось.

— Хватай пушку и пошли встретим, пока не расползлись по всему хабу, сраные уроды. — я покрываю один клинок льдом, второй вихрем.

— Патроны — все! — кричит мне Илья.

— Так возьми что-то снаружи!

— Ты там нахрен заморозил все!

— Тогда оставайся тут и прикрой Юлю, нечего тебе там в рукопашку делать.

— Я пойду, не могу сидеть сложа руки.

Я спорить не стал. Лучшее, что мы можем сделать — это перестать жевать сопли и решить проблему быстро.

Друг поспешил за мной, прихватив большую трубу. Выглядело не слишком убедительно, но это лучше, чем с шашкой наголо против танка.

Мы выскочили наружу. У поваленного забора было темно, фонарь, светящий туда, тоже зацепило льдом. В воздухе воняло порохом и гарью, а слабый дым поднимался от мест, где разрывались гранаты.