Книга Сбой реальности. Книга 7, страница 30 – Михаил Юрьевич Попов

Ниже, в метре по вертикали, я видел узловатую расщелину, довольно широкую, которая уходила вглубь скалы. А при детальном рассмотрении, я заметил место, куда крепится веревка. Да, значит, это тот путь, которым искатели обходят данное проблемное место.

Выбора не было. Я повязал крепкий узел, причем пришлось заморочиться. Простой «восьмерки» было недостаточно, если я не хочу оставить веревку здесь. Пришлось вспомнить то, чего и не знал-то никогда — саморазвязывающийся узел. Убедившись в надежности того, что я сделал, резкими рывками, я принялся спускаться. Страхом высоты я не страдал, но… сейчас было как-то зябко.

Спуск прошел без эксцессов, веревку удалось «отвязать» и втянуть обратно к себе, а я в очередной раз задумался, что бы было, сунься я сюда без снаряжения. Наверное, ничего хорошего. Закрепив веревку обратно на рюкзак, я протиснулся внутрь щели. Сверху казалось, что она довольно широка, но оказалось иначе. Рюкзак скрежетал по камням, пришлось его снять и волочить в руке, а самому передвигаться боком, переставляя ноги. Я боялся, что застряну тут намертво. К тому же, было чертовски темно — привычной люминесценции тут не наблюдалось. А еще сраная бесячая тишина!

Я прошел так метров десять, прежде чем расщелина неожиданно расширилась, образуя внушительных размеров карман. Проверил путь вперед камушком. Безопасно. Ступив на открытое пространство, жилы в стенах срезонировали, отозвались, будто живые, и засветились. А что, удобно, главное чтобы не вылезло сейчас на меня что-то. Но вместе со светом пришло и понимание, что я тут не один.

У дальней стены тело.

Оно сидело, прислонившись к стене, в неестественной, но на удивление спокойной позе. Одежда истлела, обветшала, превратилась в серые лохмотья, обнажив высохшую, темную, мумифицированную кожу, плотно обтягивающую кости без мышц. Даже волосы сохранились — седые, спутанные пряди. Лицо было скрыто в тени, но с моего места и в таком свете хорошо было видно острый сухой подбородок и впалые щеки. Оно не было разорвано или обглодано, просто сидело здесь. Будто уснуло.

В сложенных на коленях руках скелет держал две вещи.

Первая — нечто, похожее на обтянутую кожей книгу.

Вторая — странный предмет, очень похожий на ключ, но слишком уж он витиеватый, слишком сложный. Сделанный из того же темного, холодного сплава, что и цилиндр, который я решил забрать с собой. На рукояти ключа был выгравирован тот же непонятный зубчатый символ.

Задачка для младшеклассника. У тебя есть штука с дыркой, в которую можно вставить другую штуку, идеально подходящую по форме и размеру для этого действа. Вопрос: а оно тебе надо?

Я держал в руках предметы, сидя на корточках в тупиковом кармане скалы, прислонившись спиной к холодному, шершавому камню. Мой молчаливый сосед, в неестественно спокойной позе, всем своим безучастным видом выражал умиротворение. Мумифицированные пальцы трупа больше не держали ничего.

Ключ я уже осматривал. Замысловатый, да. Отлитый из темного металла неизвестной мне природы, покрытый непонятными символами, как будто что-то древнеегипетское, с превалирующим количеством «зиг-загов». Цилиндр лежит у меня на коленях. Дураку будет не ясно, что одно открывает другое. Сам цилиндр был тяжел, каких-то кнопок или видимых частей механизма видно не было.