Книга Сабатон. Системный приручитель 4, страница 129 – Артем Сластин, Алексей Пислегин

Да и кричала она не так. Крик сильнее всего походил на орлиный.

Я вскинул голову, и на секунду проснулись старые рефлексы. Первым желанием было спрыгнуть с Бурана и слиться с землёй, забиться в неровность рельефа — любую, даже самую маленькую. Глаза мгновенно нашли с десяток подходящих мест.

А потом я понял, что вижу не стремительно снижающийся беспилотник, а птицу. Огромного коршуна — он сложил крылья и падал с высоты исполинской чёрной тенью.

Прямо на Марину.

— Буран, взрывная энергия! — заорал я. Понимая, что даже так шансы опередить птицу исчезающе малы. — Марина, прячься!

Она даже не оглянулась, а я чуть не подавился воздухом, когда Буран резко ускорился чуть ли не в два раза. Перебросив в левую руку секиру, в правую я призвал топорик. Метнуть?

Срань! Даже не смешно!

Даже если попаду — вряд ли эффект будет значительный. Марину это точно не спасёт.

Размах крыльев у тварюги — метра четыре. Сложно судить, они сейчас не расправлены. Клюв — внушительный, острый. Когти-крюки. Не удивлюсь, если ещё и перья бронированные, как у глухаря, на которого охотились недавно мы с Милой и Ручейком.

Секунды до столкновения стремительно утекали, как вода сквозь пальцы. Метать топор я не стал — просто громко заорал, вложив в крик всю доступную злость.

Что я терпеть не могу — так это идиотизм, приводящий к смерти.

Слишком уж часто я с ним сталкивался.

Мысленно активированное подавление защекотало виски электричеством, и через миг я ощутил со стороны коршуна ледяной отклик — резкий, будто взрыв. Хищник дёрнулся, отчаянно заклёкотал и попытался расправить крылья. И только благодаря этому он разминулся с Мариной.

Не на секунду даже — на пол секунды.

С треском он вмазался в землю прямо позади неё, зацепив по спине крылом — и девушку отбросило, она кубарем покатилась по сырой траве.

— Буран, я сам!

Один чёрт, для задания птичку не засчитают, а так хоть опыт я заберу напрямую в свою системную копилку. Перераспределять потом не придётся.

Коршун не погиб, не смотря на страшной силы удар. Сломал оба крыла в нескольких местах и бессильно бился на земле, пытаясь встать. Из клюва хлестала кровь, вместо одного глаза осталась дыра — лопнул или вывалился при падении.

Буран затормозил в паре метров от птицы, и я спрыгнул на землю. Топорик втянул в биополе ещё в прыжке, поудобнее перехватил рукоять секиры двумя руками.

Коршун меня, похоже, даже не заметил.

Я размахнулся — и обрушил ему на голову тяжёлое лезвие, с хрустом проломив череп.

[Опыт +25

12155 / 2000]

Полученные очки опыта показались смехотворными. Рядом с наградами за выполнение заданий Системы это ничто, капля в море.

Я оглянулся на Марину — она лежала в траве метрах в четырёх от меня. Свернулась калачиком, обхватила себя руками и тихо плакала. Ну вот, опять дежа вю. Астрологи сегодня объявили день борьбы со слезами.

Не скажу, что доволен — но могло быть и гораздо хуже.

Я сорвал пучок травы и оттёр лезвие секиры от содержимого птичьей головы. Прошагал к Марине и уселся напротив неё, скрестив под собой ноги и отложив секиру в сторонку.

— Марин, — позвал я.

— Что? — выдавила она сквозь слёзы. В одно слово она умудрилась вложить интонациями целых два посыла, полностью друг другу противоположных. Первый: проваливай. Второй: немедля меня утешай!