Книга Сабатон. Системный приручитель 4, страница 150 – Артем Сластин, Алексей Пислегин

— Привет, — она выглянула из-за меня. Говорила… Ну, просто как с бывшим, с которым рассталась со скандалом. Не как с человеком, которого боится до колик.

Я перевёл взгляд на её пальцы, обхватившие мою левую руку — и не заметил дрожи. Понятия не имею, как, но она почти взяла себя в руки. Выдавало её только то, с какой силой Марина вцепилась в меня. И, чую — от некроманта эта деталь не укроется, у неё пальцы аж побелели.

А я пожалел, что не дал омега-телепатию ей. Сейчас мог бы предупредить, отправить девушке что-нибудь успокаивающее. Знал бы, где упаду — подстелил бы соломку.

С другой стороны, телепатия нужнее нашим бойцам. Это всё в мне в башку просто из-за напряжения лезет. А напряжение буквально разлито в воздухе, атмосфера встречи пока что нихрена не дружеская.

Лицо девушки я видел плохо, его частично скрывали от меня волосы. Она выглядела напряжённой, это да. Немного раздражённой. И даже смущения напустить умудрилась, неведомым образом смешав его с высокомерием.

Забавно, но сейчас она играет лучше, чем когда изображает из себя роковую соблазнительницу. Видимо, привыкла в таких ситуациях брать одной внешностью и действовать напролом. Сейчас же вынуждена на полную хитрить и изворачиваться.

Логичное умение для девушки, благополучие, а то и жизнь которой все последние годы зависели от хорошего настроения её очередного папика.

Улыбка Доброслава померкла. Не исчезла — просто стала пластмассовой, ненатуральной. Ревнует? Это даже забавно, если учесть, что про наши с Мариной отношения он додумал сам.

От Марины одуряюще пахло духами — сладкими, чуть пряными. Не удивлюсь, если запах даже Доброслав и Наталья ощущают. Если я подключусь сейчас к чувствам Бурана, смогу ощутить и дезодорант, зубную пасту, и шампунь, и ещё множество других запахов всяческих средств женской гигиены.

Шампунем, пастой и дезодорантом пахло и от меня. Из-за жары, правда — пополам с потом и въевшейся в снарягу кровью. Сегодня я изменил своим правилам по исключению демаскирующих запахов. Наоборот, мы должны максимально фонить для чувствительного обоняния зомбей, стать для них ярким маяком.

Глядишь, так они не почувствуют то, что нам нужно скрыть.

Точнее — тех.

— Надела это платье? — спросил Доброслав. И, мне кажется — в его голосе промелькнула хорошо спрятанная обида. Понятно, что за этими его словами скрывалось какое-то их общее прошлое. Какое — чёрт его знает.

Блондинистая зараза мне об этом ничего не рассказала.

Марина только пожала плечами. Ответила, будто скрывая за ворчливостью смущение:

— Можешь считать, что я хотела сделать тебе приятно.

Ещё и глаза потупила.

Некромант кривовато усмехнулся, а я мысленно себя поздравил. Со мной он отлично держал лицо, но Марина вполне успешно выводила его на эмоции. Даже забавно, что слабость повелевающего мёртвыми хаосита — женщины.

А теперь мой выход:

— Давайте обсудим платья попозже. Не скажу, что тема скучная. Мне, например, нравится твой плащ, Сергей. Но смотреть на тебя охренительно жарко, я и так на солнце помираю. В чём секрет? В этом вот мареве?

Я неопределённо поводил рукой в воздухе, как бы охватывая некроманта и его спутницу целиком. Заметил, что Наталья недовольно поджала губы. Ну да, я вклинился в разговор, как паровоз, даже не пытаясь играть словами. Надеюсь, с грубостью не переборщил, но пусть меня лучше считают тупым солдафоном.