Книга Велесовы сыны, страница 38 – Эдуард Поляков, Дмитрий Васин

Потому-то к полному оцепенению, весьма сходному по своим признакам с каталепсией, примешивалась и изрядная доля животного ужаса. Причём испытываемые эмоции относились, как к главе Святого Престола, так и к генералу Ордена Иезуитов. Оба внушали собравшимся в трапезной непреодолимый ужас.

Чёрный Папа! Неофициально, именно так и именовали Иньиго де Лойола, создателя Общества иезуитов. Череда недавних событий, в один миг сделавшая его одним из самых влиятельных игроков на арене Старого Света, заставила призадуматься слишком многих.

Беспрецедентные полномочия и преференции были самолично пожалованы новоявленному фавориту - наместником Господа Бога на земле, Папою Павлом III.

Но вот за какие заслуги?

Подобное отношение больно задевало, как насущные интересы, так и самолюбие остальных монашествующих братьев. К тому же всё это, довольно сильно смахивало на личную заинтересованность главы Ватикана. Однако с Папою не поспоришь, но как же принципы? Как же проповедуемые всюду принципы ненасилия, нестяжания, праведности?

А принципы и методики управления массами, целыми веками оставались одни и те же. Разделяй и властвуй!

А тем временем, в трапезном зале Руанского аббатства, продолжали происходить занимательные события.

В скором времени они будут иметь далеко идущие последствия для всех собравшихся.

— Ну, а о чем я вас только что предупреждал? Убедились, дорогие мои собратья во Христе?!! - Продолжал громогласно вещать Отец Настоятель, подозрительно оглядывая всех присутствующих.

— Ехидна, которая пытается укусить вскормившую ее руку, обязательно должна быть повержена! - Его обличающий перст, недвусмысленно указывал на виновного, призывая всех к скорому и справедливому воздаянию.

— Он всех нас! Всех! С кем жил, ел, пил и молился - подводил под топор палача и костер инквизиции! - Глава монастыря устало прикрыл глаза. Преподобный немного помолчал, словно его самого поразила подлость и низость этого замысла. - Только вот лазутчик из него получился никудышный! Из дерьма пирожных не получается! - атмосфера всё ещё была накалена до предела. - Не правда ли братия? Неужели ни у кого нет ничего наболевшего на душе, чтобы высказаться по этому поводу? Я смотрю никого не волнует то, что здесь находятся крысы из Ватикана. Одной стало меньше сегодня, и это только начало.

— Ничего, скоро пришлют другого! У них этого добра хватает на всех! Ну, а мы будем их приспешников вычислять и давить. - Его брови сурово сошлись над переносицей, а высокий лоб пересекли три глубокие морщины. - Ссс, словно поганых крыс!

Сейчас, как и всегда, в минуты опасности, воинственная кровь норманна-завоевателя, начинала брать свое. Не признавая, ни компромиссов, ни отступления. Только победа! Пускай даже и ценою собственной гибели.

— Рене, Хуго, Эмиль! Берите этого отца-ренегата. Оглушите его промеж ушей, а затем скиньте в ров с дальней стены здания. Будут думать, что он сорвался вниз, делая вечерний обход!

На мгновение священник задумался, а затем продолжил дальнейшие наставления.

— И вина, в эту лживую глотку, влейте достаточное количество. Хереса или муската, без разницы. Лишь бы у тех, кто его отыщет, не возникло и тени сомнения, в обстоятельствах и причинах этой дурацкой гибели. Излишняя любовь к Бахусу, ещё никого не довела до добра! - Он махнул кистью руки, подгоняя молодежь и побуждая её к немедленным действиям.