Книга Нейтралы, страница 224 – Роман Г. Артемьев

В общем, видя, что бенефис провалился, Амбридж быстро закруглилась. Сменивший её Дамблдор ничем не демонстрировал своего довольства от провала министерской ищейки, мгновенно вернувшись к теме квиддича. Беспроигрышный ход.

— Я не понял, чего хотела эта зануда, — с кислым видом признался Артур. – Показать власть?

— Скорее всего. На вечеринку идём?

— Конечно. Вдруг мы чего-то не знаем о том, как наши сокурсники провели лето!

— Вот не надо издеваться, — я хмуро взглянул на подставщицу, повисшую на шее новой игрушки. Луна сделала вид, будто не видит моего недовольства. – В комнате поговорим.

— Договорились.

Старосты принялись созывать малышню, остальные вороны, начиная со второкурсников, небольшими группами или поодиночке поплелись в башню. Младшие, надо полагать, обязательно попытаются прошмыгнуть на факультетское празднование, чего прекрасно помнящие себя в их возрасте старшаки не позволят. На самом деле, на вечеринке ничего особенного не происходит. Народ выпьет немного спиртного, слегка расслабится, у многих развяжутся языки. Последнее иногда приводит к мордобою, но крайне редко – у нас не принято выяснять отношения подобным образом, даже по пьянке.

Провожаемый любопытными взглядами девушек, я поднялся со скамьи и пошел вместе со всеми. Мне предстоит сложный вечер. Ладно, главное – не дать себя напоить. От расспросов как-нибудь отшучусь.

* * *

Преподавательский состав почти никогда не выносит внутренние разногласия на всеобщее обозрение. Ученики, конечно, не слепые, отдельные элементы видят, но картину целиком им не показывают. Поэтому о масштабах деятельности госпожи Амбридж мы могли судить только по возросшему напряжению и увеличившимся объёмам домашних заданий.

Так что я, честно, не понимал, чем мы с Артуром заняты. У нас домашки полно несделанной, плюс личные проекты повисли. Я занимаюсь в Галерее и клановыми методиками, мы оба продолжаем совершенствовать скрывающие чары на нашей мастерской, сам Артур… А. Точно.

— Какой-то аналог магглоотталкивающих чар. Сильная ментальная составляющая: я забыл, зачем мы сюда пришли, и очень захотел уйти.

— Окклюменцию учи, — прокомментировал друг, помечая новую информацию в блокнотике. – Она у тебя на недостаточном уровне. Чары, скорее всего, директор ставил. У Флитвика методы более прямолинейные, все его сигналки ориентированы на прямое воздействие.

С благословения родных Артур собрался прорваться на восьмой этаж. Ходить туда запрещалось, причем не так, как на первом курсе к щеночку цербера, а всерьёз. Администрация что могла, то замуровала, в остальных местах наставила отвлекающих чар и сигналок. К её глубочайшему сожалению, заклинания быстро истощались и пропадали, поэтому их приходилось регулярно подновлять, в противном случае существовал риск вляпаться в неприятности. О каких конкретно проблемах идет речь, сплетни не говорили – точнее, говорили столько, что верить им не стоило.

По сведениям Шелби, на восьмом этаже ещё Ровеной проводились эксперименты с пространством и временем. Чего бы ни пыталась добиться Основательница, результат явно не соответствовал её ожиданиям, потому что ни она сама, ни её преемники закрыть образовавшиеся провалы на иные планы не сумели. В лучшем случае сумели частично запечатать. По мнению школьного фольклора, с той стороны до сих пор приходят незваные и пугающие гости, а ненароком забредшие слишком далеко по коридору ученики пропадают без возврата.