Книга Путь Наставника 2, страница 21 – Игорь Ан, Ярослав Мечников

Взяв с собой шесть человек — девчонки и Корж остались дома — я привёл их к лавке. Угольщик уже всё обустроил, так что работу начали незамедлительно. Я рассказал и показал, на что обращать внимание, как отличать один тип угля от другого. Строго настрого наказал меняться и греться почаще — костёр угольщик тоже разжёг. Даже несколько досок притащил.

Бивень тут же отправил одного собирать топливо, остальных разделил на пары. В общем, принял руководство. Впрочем, сам он тоже начал сортировать уголь, без лишних вопросов. Особенно когда узнал, сколько мы на этом заработаем.

Я же вышел обратно к витринам, где Куцый разговаривал с покупателями. Один мужик выбирал мешок, тщательно изучая его содержимое. Другой — топтался у витрины и что-то спрашивал у Куцего. В стороне стояли две пожилые женщины. Тоже вроде как рассматривали уголь, держа в руках по листовке. Но одновременно с этим о чём-то тихо переговаривались.

Нужно было наведаться к Марфе, попросить помыться и привести одежду в порядок. Мне предстояло смотаться до рынка, закупить еды. То, что даст Марфа, нам на всю ораву не хватит, а просить её о большем — не имело смысла. Всё равно такую большую недостачу она не сможет скрыть от Варвары Сергеевны. Да и рисковать не стоило.

Я собрался было уже уходить, как вдруг разговор двух женщин привлёк моё внимание.

— Жуть просто, — сказала та, что сильно сутулилась и носила длинное тёмное пальто.

Вторая — помоложе — в коротком пальто или длинной куртке, это как посмотреть, и бордовом платке, повязанном на манер шали, ответила:

— И не говори, тоже слышала. Снова, видать, дух старика вернулся.

На этом я ещё не сильно заинтересовался, просто проходил мимо и мимолётом что-то услышал.

— Этот дом… он проклят! Говорю тебе! — продолжила та, что в платке.

— Брешешь ты всё. Нет никаких проклятий. Просто ветер в трубе. Жутко выл, конечно. Но не так, чтобы…

— Вот и нет. Утром сегодня. Прям крики были. Визг, словно его пытали. И такой тонкий, так только дух может. Ни один живой человек так не закричит.

Я притормозил, сделал вид, что разглядываю ведро с антрацитом.

— Духи не кричат, — возразила сутулая. — Может, туда зверь забрался? Прорывы в последние дни всё чаще и чаще случаются.

— Говорю тебе, проклят этот дом! Недаром его никто не вынес. Стоит пустой, а воры не лезут. Я слышала, как один стезевик на базаре этот адрес называл и говорил, что сам о проклятье слышал. Что старик, который в нём жил, стезевиком был, а потом с ума сошёл, сам себя порезал и все стены в доме своей кровью исписал. Вот так прям и сказал: «Дом в третьем Сальном переулке номер восемь — проклят из-за хозяина».

— Прям так и сказал? — недоверчиво переспросила сутулая.

— Именно!

— А адрес точно тот?

— Конечно! Я потом ещё пошла, глянула. Он. Точно он!

— Не… ну не знаю… — протянула сутулая. — Но ты права. Странное там что-то творится. Надо бы патруль вызвать.

Я замер. То, что они сегодня услышали вопли Таськи, я даже не сомневался. И дом, похоже, наш. Тоже ведь удивился, как целым сохранился. Адреса я, конечно, не знал, надо бы на всякий случай выяснить, а то может, и не про него говорят вовсе. А про исписанные кровью стены — враньё, конечно. Но слухи всегда всё преувеличивают и искажают.

— Да не патруль вызывать надо! — воскликнула та, что в платке. — Стезевиков! Если там дух какой или проклятье, что патруль сделает?