Книга Железный Ворон 2, страница 91 – Ярослав Мечников

Он посмотрел на меня.

— В Совете — раскол. Твой отец и Голицын формируют свою фракцию. Они пытаются продавить решение о твоём официальном аресте, но Полонские, Шуйские и я… мой отец… блокируют его. Ректор уже сохраняет нейтралитет, но это надолго не продлится. Они ждут, кто сделает следующий ход.

Затем слово взял старый князь Шуйский.

— А в городе… мои люди донесли, что в трущобах Нижнего Петербурга активизировались тёмные личности. Торговцы редкими ингредиентами. Контрабандисты. Они что-то ищут. Или кого-то. Скорее всего, это люди Магистра. Он напуган и пытается пополнить запасы или найти новое убежище.

Они выложили мне всю картину. Академия в напряжении. Совет на грани войны. А враг затаился, но действует.

— Что ж. Ясно.

Я отпустил руку Лины и вышел в центр холла. Почесал голову.

— Для начала… — я посмотрел на Лину, — с разрешения твоего отца… я бы хотел официально объявить о нашей помолвке.

В комнате повисла тишина.

— Можешь уточнить у него, готов ли он на этот шаг сейчас? В такой момент?

Лина на мгновение растерялась, но потом её глаза решительно блеснули.

— Он будет готов, — сказала она твёрдо. — Я сама с ним поговорю.

— Отлично, — кивнул я. Этот шаг был важен. Он свяжет наши Рода официально и покажет всем, что я не один.

Я снова посмотрел на всех.

— Затем… Ректор. Дамиан, ты сказал, он сохраняет нейтралитет. А совсем недавно он был за меня. Что случилось?

Дамиан покачал головой.

— Он не против тебя, Воронцов, — пояснил он. — Он — политик. И он играет в свою игру. Он не может открыто встать на твою сторону против двух Великих Родов, не имея на руках неопровержимых доказательств вины твоего отца или «Химер». Это вызовет гражданскую войну внутри Совета, и Империя рухнет.

Он посмотрел на меня.

— Он ждёт. Он ждёт, пока ты дашь ему эти доказательства. Пока ты дашь ему повод действовать. Он сохраняет нейтралитет, чтобы сохранить баланс сил, пока ты не сделаешь свой ход.

Я понял. Ректор не предал меня. Он просто ждал, когда я предоставлю ему оружие.

— Хорошо. Тогда… мы дадим ему это оружие.

Я повернулся к старому князю Шуйскому.

— Князь, подготовьте комнату. Для «гостей». Такую, чтобы из неё невозможно было выбраться. Если они ещё живы, — я посмотрел на Дамиана, — я приведу их сюда. Комната должна хорошо охраняться.

Старый князь кивнул.

— Будет сделано, княжич. В подземельях нашего поместья есть камеры, которые держали и не таких тварей.

— Отлично. — Затем я снова обвёл всех взглядом. — И ещё. Знаете ли вы, как ко всему этому относится сам Император? В курсе ли он всех этих событий?

При упоминании Императора все напряглись.

— Император… — начал Дамиан, — находится в своей зимней резиденции. Он стар. И он уже давно напрямую не вмешивается в дела Совета, предоставляя им самим решать свои… дрязги.

— Но он в курсе, — добавил старый князь. — Ректор обязан докладывать ему обо всех значимых событиях. Особенно о тех, что касаются стабильности Великих Родов.

— И какова его позиция? — надавил я.

— Его позиция, — усмехнулся Дамиан, — всегда одна. Сила. Он уважает только силу. Кто бы ни победил в этой вашей… возне… он примет сторону победителя. Если ты докажешь, что твой отец — преступник, а Голицыны — лжецы, Император поддержит тебя. Если они докажут, что ты — сумасшедший бунтарь, он лично подпишет твой смертный приговор. Для него важна не правда. А стабильность Империи.