Книга Системный Кузнец. Трилогия, страница 276 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

А затем снова принялся есть, будто ничего не произошло.

Брик уже доедал свою порцию, с усердием вылизывая миску до блеска. Атмосфера была странной. Я сидел за столом с мальчишкой-шпионом, которого только что нанял, и молчаливым гигантом, который, возможно, был гением, а возможно — слабоумным.

Решил предпринять ещё попытку.

— Расскажи о себе, Ульф. Как Брик тебя нашёл? Почему хочешь быть молотобойцем?

Ульф доел очередную ложку и медленно прожевал. Затем парень отложил ложку, вытер рот тыльной стороной ладони и посмотрел пустым взглядом. Наступила долгая пауза. Уже решил, что ответа не будет.

— Мать умерла. Отец ушёл с Грифонами, — сказал тот ровно, без эмоций. Не жаловался, просто озвучивал всё как есть. — Еды нет. Брик сказал, ты даёшь еду и медяки.

Снова сделал паузу, словно обдумывая следующую фразу.

— Я сильный. В детстве помогал отцу в лесу валить деревья. Он бил топором, я — бил кувалдой по клину. Бить умею. Долго и сильно.

Замолчал, взялся за ложку и опять уставился в миску.

Я замер, переваривая услышанное. Детина заговорил, да ещё чётко и вразумительно. Да, говорил со своими особенностями — медленно и без эмоций — но парень не глуп. Своеобразен — да, но определённо смышлён. Пришёл сюда по делу, потому что у него была сила и, судя по всему, опыт точных ударов. Картина в голове перевернулась, и я почувствовал воодушевление.

Вот только одна мысль не давала покоя — почему его не забрали в ополчение, если паренек такой крепкий? Почему никто не взял его в подмастерья?

Помолчал немного, а затем обратился к Ульфу.

— Слушай, это правда очень мне подходит. Вижу, ты крепкий парень. — Говорил с ним так, будто был старше. Во-первых, по сути, я и был старше. А во-вторых, ощущение, что этот здоровяк был ребёнком в душе, не покидало ни на секунду. — Вот только никак в толк не возьму… почему ты остался без дела? Такой крепкий мужик много где мог бы сгодиться. И если отца забрали… почему ты остался? Неужели не призвали?

Парень отложил ложку и уставился куда-то перед собой, глаза забегали, словно пытаясь поймать ускользающую мысль. Ульф завис на десяток-другую секунд.

И тогда вмешался Брик.

— Да он умный! — горячо выпалил мальчишка. — С ним очень интересно, всегда поможет! Просто некоторые считают, что глупый! «Тугодумом» называют! — Брик презрительно фыркнул. — Так и говорят: «Ульф-Молчун» или «Ульф-Тугодум». Да просто они дальше своего грязного носа не видят, вот и всё! А я вижу! Мы с Ульфом давно дружим, ещё когда мне годов пять было, уже тогда вместе вдоль частокола ходили, червяков да ракушек искали! Кажется просто, что он не в себе, а если поговорить с ним, так сразу всё поймёшь! Вон как выложил всё! Как на духу!

Мальчик говорил страстно, как настоящий адвокат единственного друга.

— Ясно, — сказал сухо. — Значит, не взяли, потому что считают местным дурачком.

Вырвалось тихо — скорее подумал вслух, чем сказал, но, кажется, это никого не смутило. Брик лишь энергично закивал, а выражение лица Ульфа ничуть не изменилось.

— Ну хорошо, Ульф, — перевёл на него взгляд. — Прежде чем возьму тебя молото… — на мгновение задумался. — … вернее, не просто молотобойцем, а полноценным помощником, нужно провести испытательный срок. Пару дней поработаем вместе в кузне. Поглядим, на что ты годишься и как быстро схватывашь. А там уже решу.