Книга Системный Кузнец. Трилогия, страница 278 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Теперь — Ульф, вот это тёмная лошадка, как он проявит себя. Даже если будет сносно бить по указке, но при этом совершенно не понимать процесс, работа превратится в сплошное мучение. Оставалось только уповать на то, что парень из тех людей, что говорят мало, но когда доходит до работы, погружаются с головой и быстро схватывают. В общем, с ним пока полная неопределённость.

Плюс к этому — я обещал платить медяками и тут всё сложнее. С одной стороны, можно ограничиться только кормёжкой, как это делал Гуннар со мной, но, с другой стороны, из прошлой жизни твёрдо знал — чем довольнее сотрудник, тем лучше тот работает. Мотивация — звучит просто, но крайне эффективно.

Хорошо прикинув, решил дополнительно к еде платить медью. Брику, как младшему помощнику — две медные монеты в день. Ульфу, если возьму на роль молотобойца — три медные монеты. График — шесть дней работы, седьмой (рыночный) — выходной. Кстати говоря, насколько я помнил по воспоминаниям Кая, в оплоте рыночный день был не в воскресенье, а в субботу, но тут всё припоминалось как-то очень смутно — нужно уточнить.

Снова взялся за мелок, выводя на дощечке расчёты:

«Так, в месяце примерно четыре недели. Рабочих дней в неделе — шесть. Итого — двадцать четыре рабочих дня в месяц».

Начертил две колонки.

«Брик: 2 монеты/день × 24 дня = 48 медных монет в месяц».

«Ульф: 3 монеты/день × 24 дня = 72 медные монеты в месяц».

«Итого: 120 в месяц».

Сто двадцать медяков только на зарплату. Плюс еда, уголь и руда. Расходы вырисовывались внушительные, и чтобы окупалось, придётся работать не просто много, а эффективно. Кузня превращалась в настоящее предприятие, и теперь я был за него в ответе. С другой стороны понимал, если выстроить грамотно — можно и зарабатывать неплохо. В конце концов, за заточку всего двух клинков в шахтерском лагере я заработал бы столько, чтобы оплатить их зарплату на месяц, а потратил бы на это меньше дня.

Закончив с предварительными расчётами, набрал ещё воды из колодца и, напившись, отправился в кровать. На ней, уютно раскинувшись, лежала волчья шкура. Разделся, забрался под неё и просто лежал, наслаждаясь теплом и гулом новых планов в голове. Все впечатления этих дней прокручивались в голове, как карусель. Незаметно глаза закрылись, и я провалился в спокойный сон.

Разлепил веки, когда было ещё темно. Первое, что услышал — петуха, тот не пел свою утреннюю песню, а орал, будто старался разорвать на части предрассветную тишину.

Очаг погас, комната была погружена во мрак, и лишь сквозь мутный пузырь окна угадывались серые очертания подступающего дня.

Поднялся с кровати и, встав на ноги, как следует потянулся, чувствуя, как приятно хрустят суставы. Даже на расстоянии лежащая на табурете грязная одежда воняла, как адская червоточина, заставив поморщится. Тело, лишённое тепла шкуры, озябло.

Первым делом — практика, напитаться огнём, заполнить «внутренний горн», затем — физические упражнения, чтобы разогреть тело, а потом — «Путь Тлеющего Угля».

Времени достаточно — с ребятами договорились встретиться в кузне, когда рассветные лучи окончательно зальют Оплот. Ну, это в том случае, если сплошная пелена облаков вообще пропустит эти лучи. В любом случае, ясно дал понять, что раньше этого срока их не жду, поэтому можно делать всё тщательно, не допуская ошибок, которые наделал в прошлый раз.