Книга Системный Кузнец I, страница 93 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

— Ну что, пацан, готов?

Голос Кнута за спиной прозвучал неожиданно, выдернув из медитативного состояния. Как раз заканчивал с последней лопатой, проверяя, как сидит рукоять. Повернулся, не выпуская инструмент из рук. Несмотря на подпитку Ци, тело было на пределе — кости ныли, а мышцы гудели. Усталость была приятной, как после хорошо выполненной работы, но веки налились свинцом, и всё, чего хотелось в этот момент — упасть на кучу соломы и отключиться.

Внутри мелькнула мысль: отказаться, попроситься на следующую смену, сказать, что валюсь с ног. Система показывала девяносто шесть процентов Закалки Тела. Всего четыре процента до прорыва и моей жизни ничего не будет угрожать.

Подошёл к стопке готовых молотков, лопат и посмотрел на старика. Тот стоял, прислонившись к дверному косяку, и его глаза в полумраке блестели как у ночного хищника.

Закончи дело до конца, — пронеслась в голове мысль. — Закончи, а потом с чистой совестью рухнешь спать.

— Да. Готов, — аккуратно положил лопату на землю, прощаясь с последней надеждой на отдых.

— Тогда пошли к зеву. Парни как раз управились — выносят последние трупики, — он сказал это и мерзко хихикнул. Я заставил себя выдавить в ответ что-то похожее на улыбку и шагнул к нему.

— Ты всё-таки подумай над моим предложением, — не унимался Кнут, когда мы вышли на холодный ночной воздух. — Работа у нас всегда есть.

— Подумаю, — ответил спокойно, чувствуя, как глаза сами собой закрываются от усталости.

Дед, кажется, заметил моё состояние, но ничего не сказал. Лишь хмыкнул, развернулся и зашагал в сторону шахты, а я, сделав глубокий вдох, чтобы прогнать сон, последовал за ним. Каждый шаг отдавался тупой болью в ногах.

Из темноты зева доносились звуки шагов. В глубине туннеля плясал неровный свет факелов, и из этой тьмы выходили люди, таща за собой что-то в больших мешках — тела падальщиков, как я уже понял. Мне было не привыкать, в моей прошлой работе приходилось делать и не такое — вытаскивать из-под завалов неузнаваемые останки. Грязная работёнка, которую всегда приходится кому-то делать.

У входа уже выросла целая гора этого отвратительного месива. В предрассветном полумраке детали было не разобрать, но по всему лагерю уже распространился тошнотворный смрад. Рефлекторно прикрыв нос рукавом, продолжил идти за Кнутом.

Возле небольшого сруба, похожего на мой сарай, стояло человек десять шахтёров — они выглядели напуганными. По их перешёптываниям было ясно — никто не горел желанием спускаться в шахту, опасаясь, что твари там ещё остались. Эта тревога тут же волной прокатилась и по моему телу.

В этот момент из зева вышли трое охотников, зрелище было жутковатое — мужчины были сплошь покрыты чёрной слизью, на них буквально не осталось чистого места. Брок громко выругался, тыльной стороной ладони стирая с лица ошмётки внутренностей. А Киан, несмотря ни на что, выглядел весёлым. Молодой охотник что-то сказал усатому товарищу и сам же рассмеялся над шуткой.

— Как они могут так спокойно… Звери, а не люди, — прошептал рядом со мной низенький шахтёр с неряшливой бородкой. — Я бы туда ни за что не полез, даже если бы мечом умел махать, как они.

— Потому ты и здесь, с кайлом в руке породу долбишь, — прохрипел другой шахтёр, высокий и грузный, лет на десять старше. Взгляд у него был пустой, будто жизнь не оставила в нём ничего, кроме усталости. — Потому что ни на что больше не годишься.