Книга Системный Кузнец II, страница 100 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Дверь отворилась, заставив вздрогнуть. Старик вернулся, неся в руках свёрток из грубой ткани. Не говоря ни слова, мужик прошёл к верстаку, смахнул с него угольную пыль и развернул принесённое — запах жареного мяса и свежего хлеба наполнил кузницу, смешиваясь с ароматом угля и холодного металла.

— Ешь, — буркнул кузнец, не глядя на меня.

На тряпице лежали два щедрых куска жареной свинины, от которых ещё шёл пар, и половина каравая ржаного хлеба. Сглотнул слюну, молча подошёл, оторвал кусок хлеба, взял мясо и сел обратно на табурет.

Мы ели в тишине. Неловкой, но уже не враждебной. Я отрывал куски мяса, жадно жевал, чувствуя, как тепло и сытость растекаются по телу. Гуннар ел медленно, отщипывая хлеб огромными пальцами и отправляя в рот. Старик не смотрел на меня, а я не смотрел на него — оба глядели на огонь, каждый думая о своём. Старые отношения — хозяина и раба — умерли сегодня, а новые — товарищеские — ещё не родились. Зависли где-то посередине, и единственное, что нас объединяло, была эта еда и огонь в горне.

— Тягу сегодня начнём, — произнёс кузнец хриплым голосом, дожевав последний кусок. — Завтра Свен придёт снимать уточнять мерки для рамы — к тому времени у нас должна быть готова хотя бы одна деталь, чтобы он понял, с чем работать.

Я кивнул.

— Какую сталь возьмём? — спросил у мужчины, переходя на деловой тон. Это было проще, чем пытаться говорить о чём-то другом. Хотя мне многое было интересно из его жизни, но сейчас говорить об этом будет неуместно.

— Ту, что ты отложил. Из клинков, — Гуннар махнул рукой в сторону моего порядка. — Она пружинит. На изгиб и скручивание работать будет лучше, чем простое железо.

Я встал, подошёл к стопке и выбрал самую длинную и ровную полосу, принёс к наковальне и положил на поверхность.

[Полоса стали. Качество: 48%. Анализ: Высокое содержание углерода, следы марганца. Присутствуют микротрещины от усталости металла. Рекомендация: Требуется нормализация (полный нагрев и медленное остывание) перед ковкой для снятия внутренних напряжений.]

— Мастер, её сначала нужно прогреть целиком и дать остыть на воздухе, — сказал мужику, следуя рекомендации. — В ней могут быть старые напряжения. Если начнём ковать сразу — может лопнуть.

Гуннар подошёл, нахмурившись. Взял полосу, повертел, постучал по ней молотком, затем приложил к уху, щёлкнув по ней пальцем, вслушиваясь во внутреннюю вибрацию — это был старый метод проверки, который он, видимо, ещё помнил.

— Может, и прав, — неохотно проворчал старик. — Откуда знаешь?

— Чувствую, — ответил первое, что пришло в голову, стараясь не встречаться с ним взглядом. — Металл… он как будто уставший, поживший.

Старик хмыкнул, но спорить не стал.

— Ладно, умник. Раздувай горн. Посмотрим, на что годится твой нюх.

Встал к мехам. Заплатка, которую сделал кузнец, отлично держалась. Я качал, вкладывая в каждое движение вес тела, и одновременно дышал — втягивая живительную Огненную Ци, что доходила от горна. Полоса стали медленно погружалась в раскалённые угли.

Гуннар стоял рядом, не сводя глаз с огня. В этот раз он был другим — старик ждал, когда метал догреется до нужной температуры, словно вспоминая, почему вообще занимается тем, чем занимается. Когда полоса начала наливаться ровным вишнёвым цветом, по кузне раздался низкий рокот.