Книга Системный Кузнец III, страница 67 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

— Нет, ты что, — улыбнулся. — Хлеб — это хорошо. Пусть будет. Молодец, что догадался.

Настроение у меня было странное. Вместе с тихим снегом пришло вязкое чувство тревоги, будто это было не просто начало зимы, а затишье перед сильной бурей.

Вроде бы всё шло хорошо: удалось договориться с мастерами, оружие должно получиться отличным — теперь только штампуй да пускай дальше по производственной цепи, но на душе было неспокойно — в голову то и дело лезли непрошеные картинки: вот прямо сейчас, сквозь пелену снега, донесётся крик дозорного: «Падальщики!». Начнётся хаос, а бежать будет некуда.

Стали посещать предательские мысли о том, чтобы уехать. Тут же обрывал их — понимая, что не могу просто так всё бросить. Да и куда ехать? Здесь я уже, считай, обжился — здесь кузня и моё дело, но ощущение неминуемой беды давило на плечи.

А ещё где-то на фоне присутствовало чувство, что старания напрасны. Что даже двадцать, тридцать, а то и сотня гвизарм могут не спасти.

Надеялся, что хотя бы староста или, скорее, его жена — уж не поймёшь, кто там у них главный — прислушается к моему предложению и прикажет укрепить периметр перед частоколом.

За всеми мыслями не заметил, как доел кашу. Еда была вкусной и сытной, но тревога перетягивала внимание, так что вкус почувствовал только тогда, когда ложка коснулась дна пустой миски.

Ещё раз поблагодарил Брика, а затем, отодвинув мысли в сторону, позвал Ульфа — предстояла работа — единственное, что могло отвлечь от гнетущего ожидания.

Объяснил молотобойцу, что предстоит. Для него наш штамп окончательно закрепился в сознании как «формочка для пирожков», и я не стал его переубеждать.

— Да, Ульф. Теперь мы как раз и будем печь эти «пирожки», — сказал ему. — Для этого потребуется горячий горн, очень податливый металл и твои сильные удары. Мы будем класть раскалённое железо в эту ямку, а ты — бить по крышечке, чтобы впечатать его в форму. Понял?

— Бить. Сильно бить, — подтвердил молотобоец.

Я кивнул, и мы начали.

Первым делом выбрал один из слитков, принесённых людьми Борга. Засунули в горн и довели до нужной температуры, затем отрубили от него кусок нужного размера. После этого вновь раздули горн до светло-жёлтого жара.

— Давай! — крикнул, выхватывая раскалённый до состояния полужидкого теста кусок металла и быстро укладывая тот в углубление матрицы.

Ульф тут же накрыл его пуансоном.

— Бей!

Парень поднял кувалду и обрушил вниз. Раздался сокрушительный удар — раскалённый металл, словно вода, брызнул из-под штампа огненными струйками.

Но тут же возникла проблема — пуансон от мощного удара приварился к заготовке.

— Чёрт! — выругался я.

Пришлось потратить время, чтобы сбить его боковым ударом ручника. Когда сняли пуансон, увидел, что заготовка не до конца заполнила форму.

— Недостаточно жара, — пробормотал. — Или удар был один, но не совсем по центру.

Новая попытка. Снова нагрел заготовку, на этот раз ещё сильнее.

— Ульф, теперь делай не один удар, а три — быстрых, сильных, один за другим! Понял? Три!

— Три, — кивнул громила.

Снова уложил металл в матрицу, а Ульф накрыл.

— Давай!

Удар! Удар! Удар! Три оглушительных удара, слившихся в раскат грома. На этот раз, когда сбил пуансон, увидел, что заготовка идеально заполнила форму — победа!