Книга Системный Кузнец VII, страница 73 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Потерять силу, когда её было так много — это как потерять часть себя. Я помнил тепло в крови, помнил, как энергия текла по каналам, наполняя каждую мышцу. Теперь внутри только пустота.

Я был Огнём, а теперь я — пепел.

— Ульф попробует, — донеслось сзади. — Ульф сильный. Ульф сломает дверь.

Я закрыл глаза. Чтобы Ульф мог ударить, нужно поменяться местами в этой каменной кишке — развернуться, пропустить его вперёд, признать свою беспомощность.

Гордость? К чёрту гордость, что важнее — самолюбие или выживание? Йорн бы не раздумывал, он бы просто сделал. Но даже если так, вряд ли что-то получится, здесь чересчур тесно…

— Ладно, — сказал хрипло. — Я подамся назад. Ты…

Я не успел договорить, как дверца с треском распахнулась — внезапно, без предупреждения. Лунный свет ударил в глаза, ослепив после кромешной тьмы, колючий снег полетел в лицо.

Зажмурился, прикрываясь рукой.

— Ну что, щегол, — прохрипел хриплый голос снаружи, — не ожидал, а?

Сквозь пелену слёз разглядел силуэт: седые закрученные усы, хитрый прищур, обветренное лицо с красными от недосыпа глазами. На нём был добротный охотничий тулуп из волчьей шкуры, кожаные штаны, подбитые мехом, на поясе боевой топор и охотничий нож.

Брок. Из всех людей в этом проклятом мире — именно Брок, человек, который на том привале предлагал бросить меня в лесу — «пусть вепри доедят». Который называл меня «бестолочью» и «заморышем». Который смеялся громче всех, когда я спотыкался от усталости.

И вот он стоит передо мной, протягивая руку.

— Шевели задницей, — буркнул охотник, — пока не примёрз насмерть.

Я сглотнул. Рука охотника была жёсткой и мозолистой — рука человека, который всю жизнь держал оружие. Мужик рывком вытащил меня из лаза, и я оказался снаружи — на узком каменном карнизе у подножия восточной стены.

Снег падал крупными хлопьями, мягко оседая на плечи. Ветер бил в лицо, но после затхлого воздуха тоннеля этот ледяной порыв казался глотком свободы.

Позади раздалось кряхтенье, Ульф протискивался через лаз, будто расширяя его своими плечами. Камни осыпались, дверца жалобно скрипнула, и вот великан уже рядом, отряхивает снег с шапки-ушанки.

— Ульф вылез, — радостно объявил он. — Ульф молодец.

Брок смерил его насмешливым взглядом.

— Ага, — хмыкнул охотник. — Молодец. Теперь валим отсюда, пока кто-нибудь не опомнился.

Я стоял на карнизе и смотрел на мужика, не веря глазам. Человек, который ненавидел меня с первой встречи, который мечтал перебраться в Чёрный Замок ради «девочек и вина». Который считал меня обузой, недостойной даже плевка. И вот он здесь, в тулупе из волчьей шкуры, с топором на поясе, с усталым лицом, но по-своему довольным.

— Чего вылупился? — Брок сплюнул в снег. — Думал, я тебя ради красивых глаз жду? Сделка есть сделка, капитан заплатил — я доставлю. Всё просто.

Я перехватил свёрток с вещами поудобнее, готовясь защищаться или бежать, хотя бежать было некуда, а защищаться нечем. Нож есть, вот только силы едва ли.

— Какой капитан? — спросил осторожно.

— Родерик, какой ещё. — Брок махнул рукой в сторону стены. — Он мне весточку передал через своего человечка. Мол, есть дельце — вывезти парнишку из Замка тихо, без шума. Заплатил хорошо, чего ж не взяться.

Капитан не просто дал мне шанс, он организовал транспорт.