Книга Системный Кузнец VIII, страница 72 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Охотник шумно выдохнул, сдувая усы. Ярость уходила, оставляя место мрачной обреченности.

— И потренироваться нельзя… — глухо буркнул он.

— Нельзя, — подтвердил Вальдар. Старик подошел ближе. — Здесь, в доме, и в деревне снаружи работает защита, она отсекает влияние Холма. Если ты попробуешь зачерпнуть энергию здесь — ты ничего не получишь, кроме пустоты. А если я сниму щит ради тренировки, нас всех накроет.

Староста положил руку на плечо охотника.

— Послушай меня, медведь — у тебя будет одна попытка. Там, у камня. Если ты вольешь слишком много своей Ци — камень лопнет от перегрева. Если слишком много могильной — руна станет «черной» и начнет жрать барьер. Тебе нужно пройти по лезвию.

— Утешил, — огрызнулся Брок, но уже без истерики — он поднял упавшую скамейку и сел. — Ладно, хрен с вами. Но если у меня рука отсохнет…

— Да-да, я помню, Брок, — пообещал я.

Усатый криво ухмыльнулся, но в глазах еще стоял страх.

Я повернулся к старосте.

— Вальдар, мне нужен твой отвар.

Старик кивнул, и его лицо стало жестким.

— Двойная доза?

— Двойная.

— Помнишь условие? — он подошел к комоду. — Четыре часа — потом откат. Если не успеем…

— Успеем, — отрезал я.

У меня не было права на «если».

Вальдар достал плошку, плеснул туда густой, темной жидкости в два раза больше, чем в прошлый раз. Запах горечи наполнил комнату.

— Пей, — протянул мне чашу. — И молись своим предкам, потому что моих на этом холме давно нет.

Я взял плошку. Рука дрожала. Вдох. Выдох.

Опрокинул жидкость в рот.

Жидкость была густой и тягучей, как остывшая смола. Горечь обожгла нёбо, но я не позволил себе поморщиться — глоток, еще один. До дна.

Плошка стукнула о стол.

Первые секунды ничего не происходило. Я стоял, вцепившись в край столешницы, и слушал, как сердце отбивает рваный ритм в ушах. А потом внутри взорвалась ледяная бомба.

Удар был такой силы, что у перехватило дыхание. Холод ударил по нервам мгновенно, промораживая внутренности от желудка до кончиков пальцев. Челюсти свело судорогой, зубы клацнули.

— Дыши, — голос Вальдара доносился словно из-под толщи воды.

Я попытался вдохнуть — воздух казался битым стеклом.

А потом наступила тишина.

Боль, которая последние сутки была постоянным фоном, вдруг исчезла. Гул крови в ушах стих, тошнота отступила. Мелкая дрожь, бившая тело, прекратилась мгновенно. Мир, который до этого плыл и двоился, обрёл резкость — увидел каждую трещину на дубовой балке потолка. Увидел пылинки, танцующие в свете лампы. Разглядел седые волоски в бороде Вальдара.

Перед глазами развернулся системный лог:

[ВНИМАНИЕ: Зафиксировано поступление высокой дозы реагента]

[Статус изменён: СТАБИЛИЗАЦИЯ (Принудительная)]

[Эффект: Блокировка болевых рецепторов. Стимуляция нервной проводимости.]

[Распространение токсина: ПРИОСТАНОВЛЕНО.]

Я медленно разжал пальцы, которыми держался за стол. Побелевшие костяшки налились цветом.

Выпрямился и сделал глубокий вдох. Повернул голову, чувствуя, как мышцы шеи скользят мягко и послушно.

Взгляды всех присутствующих были прикованы ко мне.

Брок смотрел с недоверием, приоткрыв рот.

— Ну ни хрена ж себе… — выдохнул охотник. — Ты как, парень? Глаза… стеклянные стали.

— Я в порядке, — мой голос прозвучал ровно и сухо, без хрипотцы. — Ощущение, будто меня заморозили заживо, но могу двигаться.