Книга Системный Кузнец IX, страница 61 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Толпа одобрительно загудела. Кто-то уже качал головой, стыдясь вчерашних проклятий в адрес кузнеца, кто-то славил мудрость старосты Бартоло. Цепь с лязгом закрепили на вороте. Ведро полетело вниз и через мгновение вернулось, расплёскивая ледяную воду.

Внутри меня было пусто — ни гордости, ни стыда. Мы с Ульфом совершили подлог, обманули всю деревню, спасли репутацию пьяницы и задницу старосты. Мир получил воду, а мы — свою тайну.

— Пойдём, Ульф, — я отлепился от столба. — У нас своей работы полно. Гвозди сами себя не выкуют.

Жизнь в Бухте вернулась в привычную колею, словно и не было той ночной вахты.

Потянулись три дня тишины.

Ожидание хуже ржавчины — разъедает терпение постепенно. Брок обещал вернуться «скорее», но сколько это для охотника, который может неделями выслеживать зверя в чащобе? День? Неделя?

Я старался не смотреть на дорогу, ведущую к Мариспорту. Вместо этого топил тревогу в рутине. Утром — горн и металл, вечером — скалы и ветер. На закате второго дня сидел на Скалах Молчания. Известняк под ногами ещё хранил жар южного солнца. Ветер с моря трепал волосы, принося запах йода и гниющих водорослей. Я принял позу лотоса, прикрыл глаза и начал дыхательную гимнастику.

Вдох. Солёный воздух вливается в лёгкие, течёт по меридианам, смешиваясь с остатками моей собственной Ци. Выдох. Лишний жар уходит в камень.

Внутри жило странное, давящее чувство. Словно вулкан, который завалили камнями, но магма продолжает прибывать, ища выход. Перед внутренним взором всплыло полупрозрачное окно.

[Статус Культивации]

[Меридианы: Целостность 99.00%. Стабильны.]

[Нижний Котёл: Критическое давление.]

[Анализ: Зафиксировано повышение плотности Ци на 3% за последние 48 часов. Рубцовый барьер испытывает нагрузку на растяжение.]

[Рекомендация: Избегать резких эмоциональных всплесков и боевых техник ранга выше «Ученик». Риск разрыва каналов: Средний.]

Мое тело восстанавливается, сила требует выхода, а пробка в «котле» держит её, как плотина. Если Брок не найдёт целителя, плотину прорвёт.

Я встал, отряхнул штаны от известковой пыли. Солнце садилось в море, окрашивая воду в цвет раскалённой меди. Нужно возвращаться.

В тот вечер Алекс всё же пришёл. Я уже закрывал кузню, когда увидел сутулую фигуру на тропе. Алхимик выглядел так, будто не спал неделю. Под глазами залегли тени, рыжие волосы спутались, на пальцах — свежие пятна от едких реагентов.

Он молча поставил на верстак пузырёк из тёмного стекла.

— Прости за вчера и за позавчера, — голос Алекса был сухим. — Тито… сложный случай. Пришлось повозиться, чтобы вытащить его с того света. Гортань отекла — чуть не задохнулся.

— Живой? — спросил я, беря флакон.

— Живой. Хрипит, говорить не может, но жить будет, если пить бросит.

Я откупорил пробку и привычным движением опрокинул содержимое в рот.

Когда жжение немного утихло, посмотрел на Алекса — тот стоял, глядя в пол, и теребил край рукава. В его позе не было привычного вызова или профессиональной гордости. Только усталость человека, который упёрся в стену.

— Алекс, — сказал я тихо. — Брок ушёл в Мариспорт.

Рыжий вскинул голову. В зелёных глазах мелькнуло что-то неопределенное.

— Зачем?

— Искать целителя — практика стадии Пробуждения.

Алекс замер.

— Логично, — произнёс он. — Я сделал всё, что мог — моя алхимия тут бессильна. Нужен таран — импульс извне.